desyateryk (d_desyateryk) wrote in drugoe_kino,
desyateryk
d_desyateryk
drugoe_kino

Category:

Пряничное подсознательное

Пряничное подсознательное
Есть определенный символизм, даже, точнее, уместность в том, что фильм Алекса ван Вармердама «Новые сказки братьев Гримм» (в оригинале — просто «Гримм») вышел в киевский прокат в этом году. Во-первых, потому, что после 2003 года, когда появилась картина, Вармердам ничего более не снимал — это очень неторопливый режиссер. Перед выходом «Сказок» он держал паузу целых пять лет. Во-вторых, также в этом сезоне вышла на экраны фильм "Братья Гримм" другого одаренного киночудака, Терри Гильяма, — любопытно, что на свою версию жизни легендарных сказочников он тоже затратил полноценную пятилетку. Таким образом, зрители поневоле оказываются втянуты в своего рода дуэль "гриммоведения", устроенную двумя очень несхожими талантами.

Впрочем, тут следует удержаться от соблазна сравнивать и сопоставлять, — каждый фильм и каждый режиссер самодостаточен; они попросту слишком разные. Вармердам так говорит о своей работе: "Как следует из названия, эта история содержит элементы сказок братьев Гримм. Некоторые из них более очевидны, другие скрыты. Сказкам братьев Гримм обычно не хватает юмора, чего нельзя сказать о моей картине. Каким бы фильм ни выглядел мрачным, местами он очень легкомысленный и веселый. По ходу действия повествование уводит нас из холодных и туманных северных лесов в солнечную, но мрачную Испанию. Я не стремился рассказывать историю в стиле сказки, скорее выбрал манеру, которую я называю «стилизованный реализм». Поскольку структура фильма уже напоминает сказку, она становится контрапунктом стиля. Я снял четыре очень "голландских" фильма. В "Новых сказках братьев Гримм" я не только вывел за границы Голландии своих героев, Якоба и Мари, но и себя как режиссера в том числе. Я хотел сфокусировать свой голландский киновзгляд на другой стране, другой культуре".

Как представляется, режиссер немного лукавит — его киновзгляд настолько же голландский, насколько и вообще европейский; национальную идентификацию тут провести сложно. Фильмы Вармердама стали известны постсовестким ценителям еще в 1990-х — когда на разных фестивалях, ретроспективах, а потом и по телевизору показали его "Северян" (1992 г.). Чуть позднее дошли и дебютный "Авель" (1986 г.), "Маленький Тони" (1998 г.), а настоящей сенсацией арт-хаузного проката стало, конечно же, трагикомическое "Платье" (1996 г.) И все эти картины объединяют очень четкие стилистические черты.

Во-первых, манера Вармердама предельно условна. Практически все сюжеты разворачиваются в небольших городках, целиком выстроенных в павильонах, что даже не скрывается. То есть это некие вообще-города, без особой географической привязки. Мало того, если в кадре необходим пейзаж, например густой темный лес (частый мотив) — то он с равным успехом конструируется в студии. Иными словами, пространство любого фильма Вармердама — не только кинематографическое, но и сценическое, что закономерно, поскольку у себя на родине режиссер известен в первую очередь как театральный постановщик. Во-вторых, все сюжеты разворачиваются в семье, так или иначе связаны с ней. Семья разрушается, интригует, воссоздается заново, подвергается насилию, сходит с ума, пускается в путешествие. В-третьих, герои. Практически поголовно — не от мира сего. Если поначалу какой-либо, пусть самый эпизодический персонаж кажется образцом вменяемости, очень скоро он или обнаруживает какое-либо ранее скрытое чудачество, или вовсе выкидывает что- нибудь из ряда вон выходящее. Наконец, чувство юмора. Абсолютно черного, всегда точного и часто беспощадного. Для осмеяния нет границ, и сколь угодно жестокие сцены сделаны так, что вызывают гомерический хохот в зале.

Есть и множество других, весьма интересных примет авторского почерка. Например, в данном фильме Вармердам успешно выступил еще и как композитор, прослоив действие размеренными блюзами в стиле раннего "Пинк Флойд". Но названные характеристики — наиболее важные. И им полностью подчинены "Новые сказки…"

К творчеству Гримм они не имеют прямого отношения. Конечно, вначале — опять семья, причем небогатая, страдающая от голода и холода. Старшие отторгают от себя младших — современных Ханзеля и Греттель зовут Якоб (Якоб Дервиг) и Мари (Халина Рейн), они также оставлены отцом в промерзшем лесу. Но дальше совсем не юная (заметно за двадцать) чета берет судьбу в свои руки и начинает бороться с неблагоприятными обстоятельствами. Ландшафт "Сказок" по-вардердамовски условен, хотя камера явно вышла за пределы павильона. Но — автобан ли на экране, или пыльные холмы Испании — все эти натурные богатства все равно выглядят как декорации для очередной проверки человеческой натуры невыносимым абсурдом ситуаций. Герои перемещаются из одного мира в другой с легкостью невероятной: проскочили под замызганным мостиком — очутились в Испании, ударили по газам раздолбанного "пикапа" — и попали в вестерн, вернее, в целый киногородок времен Дикого Запада. Вармердам сталкивает не только места, но и жанры — мелодрама, любовная история, медицинский триллер, даже роуд-муви, а упомянутый вестерн — это апофеоз издевки над обстоятельствами, героями и зрителями — Якоб и его антагонист, зловещий хирург Диего, устраивают дуэль во время пыльной бури в поддельном ковбойском городке, пользуясь охотничьим ружьем и… луком. Впрочем, братцу и сестрице, сражаясь за свое достоинство и друг за друга, все время приходится убивать, причем "Прирожденные убийцы" и прочие Бонни с Клайдами здесь не при чем: просто вармердамовские чудаки стали намного злее и норовят использовать бесправную молодежь в неприглядных целях. Режиссер разворачивает целую галерею человеческих пороков, носителями которых выступают, как правило, весьма респектабельные члены общества. Пощады нет никому: ни фермеру, который под дулом ружья принуждает Якоба ублажать свою полнотелую супругу, ни богачу в черном лимузине, привыкшему покупать себе дешевых шлюх под мостом, ни хирургу, который режет кого и когда захочет… Не отказывает себе въедливый потомок гезов в удовольствии пройтись и по самому святому — национальному самолюбию; причем крепко достается на орехи и голландцам, и испанцам, что особо двусмысленно, если вспомнить, кто был когда-то колонией, а кто метрополией. Понятно, что простодушные ребятишки в этом паноптикуме становятся чуть ли не ангелами возмездия, а каждая сцена противоборства (по сути, убийства), выполнена смешнее и изобретательнее предыдущей. Уж насколько после Тарантино в кино нет недостатка в веселом кровопролитном цинизме, но все же европейской ухмылке над смертью по-прежнему нет равных. Ну, а если добавить раскиданные по всему фильму намеки на то, что Якоб и Мари любят друг друга не только как брат и сестра, то картина приобретет настоящую аморальную законченность. Хэппи-энд здесь неизбежен — для грусти в таком варианте реальности просто нет причин.

Ведь любая сказка, даже самая циничная и отчаянная, должна заканчиваться хорошо. Героям Вармердама удалось победить темное колдовство будней, то зло, что спрятано за витриной цивилизации. И потому они с чистой совестью и белым библейским ослом на привязи возвращаются домой. А Вармердам, рассмешив, разозлив и обезоружив публику, оставляет ее наедине с колдунами и демонами, которые у каждого свои.

А вот пряничный домик, вокруг которого пляшет эта сказочная братия, один на всех.

(с)Дмитрий ДЕСЯТЕРИК
Subscribe
promo drugoe_kino july 15, 16:23 1
Buy for 10 tokens
Начинание прошлого года не оказалось единичной акцией, и вновь московское лето украшает отличный Кинофестиваль на Стрелке с ОККО. Старт уже в эту пятницу, 19 июля. Последний сеанс в воскресенье, 28 июля. Каждый вечер в летнем кинотеатре на Стреке будем смотреть один, а где и несколько фильмов.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments