grinin_draco (grinin_draco) wrote in drugoe_kino,
grinin_draco
grinin_draco
drugoe_kino

Categories:

СЕРЫЙ КВАДРАТ

Все знают, что такое Черный квадрат – это картина Малевича. Если будет сказано “Белый квадрат”, то после некоторого замешательства кто-нибудь вспомнит или сообразит, что была у Малевича и такая картина. Но про Серый квадрат не слышал никто. А между тем, очень многие знают его в лицо и весьма к нему неравнодушны. Серый квадрат - это кино Александра Сокурова.

Нужны ли здесь пояснения? Формула иронична сама по себе, - так нет же, автор еще и риторически усугубляет!.. Я уже слышу недобрый шорох в стане поклонников, и это шорох юбок: поверите ли, но еще ни разу не сталкивался с фаном Сокурова мужескаго пола. Я не говорю о критиках (они по определению не фаны), я говорю пока еще только о публике, о той ее части, в которой достаточно высокая образованность непринужденно сочетается с простодушием. Такое сочетание свойственно именно женщинам. Это всего лишь эмпирическое наблюдение, теоретические основания под которое, коли охота будет, я предоставляю подводить другим. Так вот, - еще одно эмпирическое наблюдение, - культурным и наивным женщинам скучно жить без гениев, без тех, кто в высшей степени заслуживал бы благодарности и поклонения. Репутацию гения сотворили Сокурову они. Но не без подачи со стороны критики, которая почувствовала себя осиротевшей после смерти Андрея Тарковского: ей стало некого не понимать. Свято место не должно было пустовать, - и вакансия была тут же заполнена кстати подвернувшимся Сокуровым. Когда критика не понимает, публика превращается прямо-таки в заложника ее мнений, туманных еще более объекта, все время норовящего закатиться за горизонт всякой доступности. Удержать его в таком случае удается только при помощи сложноучиненых конструкций из мудреных слов, похожих на пластмассовые погребальные венки.

Сам по себе, без всего, что накручено вокруг него, он слишком мелок и не заслуживает подобной репутации: он из публики толкущейся, если верить Данте, в преддверии ада – не стоит слов, “взгляни – и мимо”. Для описания подобных явлений у меня как-то сама собой выработалась техника, которую я называю “синкретический портрет”. Это слова Соллертинского из рассказа Андронникова “В первый раз на эстраде”: “я вас плохо знаю лично, но при помощи наших общих друзей мне удалось набросать ваш синкретический портрет”.

Начнем с нашего общего друга Гете. Он как-то сказал – “только негодники скромны”. Сокуров представляется мне именно таким скромным негодником, причем он все более и более скромничает в последнее время, и все более и более утопает в негодничестве. Его дальний предок – Тартюф: Сокуров – ханжа в подполье и почти явный лицемер. Поначалу я не принял его всерьез. Его первые фильмы были таким же пижонским набором общих мест из модного тогда артистического жаргона, каким ныне нас балует, скажем, насмотревшийся до обалдения Бертолуччи и Копполы Тодоровский-фис. Но мямля Сандрик оказался на удивление плодовит и чертовски, прямо-таки на зависть успешлив. Меня это долго и сильно изумляло. С пижонством он быстро развязался, осталась только крайняя невразумительность почерка, всеми почему-то принимаемая за новый стиль каллиграфии. Его любимое словечко “элегия” в переводе на русский звучит так: нытье. Чуть менее красиво, не правда ли? “Спаси”, “сохрани” “ковчег”, - что там еще – из того же лексикона. У Гоголя есть такой персонаж Лука Лукич Хлопов – “ничего более как испуганный человек, хотя толком сам не знает, чем напуган”. Это и есть наш друг, только он из своего онтологического гераклитовского испуга умудрился сваять себе monumentum. Все оказалось очень просто, - когда я понял этот трюк я долго смеялся. Достаточно было занять позицию очень известную из той же нашей родной литературы – “воплощенной укоризной он стоял перед отчизной”. У русских совесть нечиста – они сразу скукоживаются ввиду подобных поз, и начинают очень уважать тех, кто им уверено их изображает. Сокуров этакий плакальщик культуры (скорее нытик, ну да тут уж все едино), оттого смотрится, – еще и из-за некоторых перспективных искажений: близко стоим и голову задираем, – как ее искренний радетель. Подлинный его масштаб – (еще один наш общий друг) милновскиий ослик Иа-Иа, только вот обаяния б ему б (что поделаешь – поправка на жизнь).

Одна моя хорошая знакомая, - не поклонница, но все же, в отличие от меня вполне толерантно относящаяся к Сокурову, - пытаясь защитить его от моих нападок, сказала, что ему удается передать “ощущение жизни”. Сокуров порадовался бы такой оценке. Но от жизни у него только смурь, муть и невнятица, да вот еще тягомотина, бергсоновская duree – чистая длительность, которая как кислота разъедает и приводит к нулю всякое действие. Умничающие дураки любят говорить о его сходстве с Тарковским как раз по признаку замедленности-тягучести экранного времени. Но надо же разбираться в качестве этого времени: у Сокурова то, о чем я сказал, т.е. пустота, хиатус, зияние, у Тарковского – медитативная сосредоточенность на решающих мгновениях бытия, на происходящем. Вообще эта параллель полный бред: Сокуров перпендикуляр к Тарковскому, его отрицание, ибо он вообще есть отрицание, nihil; его универсум - смердяковская вечность-чулан с паутиной по углам и тараканами. Повторяю, он ушибленный бытием человек – и ничего более. Мы все в какой-то степени ушиблены. Ничего не поделаешь, – жизнь не всегда к нам ласкова, и в ней достает и мути, и смури, и невнятицы, - но ведь не только. А у него – только. Отсюда и мертвечина. Несколько лет назад скромник наш подписался под своим quasiродством с Тарковским (и тем самым угодил в негодники) в очень своем стиле – поклепе на все сущее, кроме себя любимого. В предваряющем показ “Сталкера” слове на ОРТ он заявил буквально следующее: все творчество Тарковского о смерти, а “Сталкер” - главный фильм на эту тему. Я упал с дивана. “Вы что же сюда умирать пришли” - говорит Сталкер Профессору. Тот хоть смутился, стал оправдываться. А Луке Лукичу Сокурову хоб хны: да умирать! Внаглую! Тарковский для того и умер на чужбине, надорвавшись в сверхусилии жить, чтобы уступить свято место этому расейскому Гераклиту Смердякову. И эту порнографию уже тиражируют в школьных учебниках!

Теперь этот “Ковчег”. Наш эрмтажно-питерский ответ Москве с ее кичевым 800-летием и глазуновско-церетелевским ХXС. Культуртрегерско-политический шоу-бизнес, блестящий маркетинговый ход. Если до сих пор я был склонен считать (все менее и менее, правда), что monumentum Сокурову ваяют другие, а сам он скромно ваяет только тухлое кино, - а что с него взять, если, по его собственному признанию, ничего больше не умеет (врет, умеет: он очень неплохой оператор; в режиссеры он за славой подался: какая у оператора слава), то уж тут лишился последних остатков благодушия. Это ведь он придумал. Мечта все того же Тарковского (нет ему и в гробу покоя) – снять фильм одним планом, без склеек, в режиме реального времени. Что Тарковский! Это же сама природа кино – чистое действие! И на что транжириться эта мечта? На замысел достойный разве что библиотекаря колхозного клуба. Просветительская програмка для четвертого класса по предмету “История России”. Рекорд для книги Гиннеса. Зато - monumentum, и exegi он сам – Сокуров!

Пусть мне простят, если смогут, поклонники и поклонницы мою желчность. Пусть оправданием моей растянувшейся поливы будет наметившееся уже исподволь некое противопоставление. Вот групповой портрет предстателей нынешней русской культуры перед миром и историей: Глазунов, Сокуров, Церетели, Б.Г., - кого я еще забыл? А вот ее мартиролог: Высоцкий, Тарковский, Бродский, Галич… Продолжать не буду – и так все ясно. Вот откуда моя желчь. Первый ряд – торгаши во Храме, который строили из своих жил и костей, замешивая раствор на своей крови подлинные творцы. И ведь где и когда строили? А эти, чавкая и рыгая, хлебают из серебряных корыт славы сладкое хлебово успеха, но не забывают и о приличиях - и рядятся в траурные одежды плакальщиков по безвременно почившей Культуре, и о доблести – и побрякивают разными железяками, в знак того, что они борцы и защитники, - опять же ее родимой, Культуры.

Для облегчения интонации: эти же два множества можно обозначить как чижики и пыжики. Чижики поют, а пыжики пыжатся!

Недавно российское телевидение дважды за квартал учинило некий символический жест, который также недоступен разумному постижению, как и фильмы Александра Сокурова (об этом, право, стоило бы навалять отдельный эссей). День рождения и день смерти Ленина, – 22 января и 22 апреля, - были отмечены показом фильма “Телец”. Здесь вместо точки следовало бы поставить невозможный грамматически-математический знак – вопрос в степени восклицания. Реникса какая-то! Кто-нибудь пробовал запивать эклеры пивом? Или сплясать гимн СССР? И в скобках, – не показанный 20 апреля, в день рождения Гитлера, “Молох” все того же Сокурова. НА КАКИХ ЕЩЕ ПЬЕДЕСТАЛАХ И НАДГРОБИЯХ НЕ РАСПИСАЛСЯ НАШ КИЛРОЙ?! А ведь“Телец”, если нехитро, попросту позабыть про реалии, окажется всего лишь еще одной “Смертью Ивана Ильича” переписанной рукой другого Ивана Ильича.

Прошлый век, все никак не кончающийся, должен быть отмечен в благодарной памяти потомков как век, в котором художники стали превращаться в “деятелей культуры”, - и культура превратилась в дом Облонских: в ней все смешалось, и гении и бездари оказались за одним почетным столом, и кому уж там чего слуги недольют-недоложат – вроде бы сам черт не разберет… Но в веке предыдущем (XIX-ом) Бальзак, в рассказе “Пьер Грассу”, разобрался. Ежели кто не читал, - очень рекомендую. Сокуров и есть наш родной российский Пьер Грассу.
Subscribe

promo drugoe_kino июль 15, 2019 16:23 1
Buy for 100 tokens
Начинание прошлого года не оказалось единичной акцией, и вновь московское лето украшает отличный Кинофестиваль на Стрелке с ОККО. Старт уже в эту пятницу, 19 июля. Последний сеанс в воскресенье, 28 июля. Каждый вечер в летнем кинотеатре на Стреке будем смотреть один, а где и несколько фильмов.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 58 comments