Macroud (macroud) wrote in drugoe_kino,
Macroud
macroud
drugoe_kino

Что они хотели сказать?, или «Платформа» Гальдера Гастелу-Уррутии (2019)



В оригинале, на испанском, – «Яма». И это правильнее, чем англоязычная, а за ним и русская «Платформа» – ближе к сути. Впрочем, по-русски «Яма» будет ассоциироваться, прежде всего, с А. Куприным (хотя, кто о том Куприне сегодня помнит?), так что пусть остается «Платформа».

Фантастика. Триллер. С претензией на глубокий смысл, даже на откровение социальной направленности. Весьма неплохого исполнения. Нетягомотно и достаточно динамично – всего-то полтора часа. Выдержанно эстетически. В общем, все хорошо, за исключением… Очень противоречивое впечатление – нестыковки нарастают, как снежный ком.  Но по-порядку.

Поначалу натуральное дежавю на тему культового в свое время «Куба» (1997) – тоже герои в замкнутом, минималистическом пространстве, правила поведения в котором, местами обусловленные смертью, выясняются (и для зрителя, и для героев) по ходу действа, а смысл так и остается за кадром.

Вертикальная дыра, яма, она же Вертикальный центр самообслуживания, на которую нанизаны жилые этажи с, хм, заключенными. По дыре раз в день пролетает стол с едой – сверху вниз. Первому, самому верхнему этажу достается все, тем, что ниже – что не доели те, что выше. Теоретически, исходя из стандартной нормы, еды должно хватать всем. Но человек – скотина весьма скотская – частью сожрет больше, чем ему надо, частью – что в себя не впихнет, – изгадит. В общем, нижние голодают, со всеми вытекающими. Периодически постояльцы этажей ротируются – кто-то переводится выше, кто-то – ниже.

Администрация предполагает, что когда-нибудь произойдет нечто такое, что вызовет спонтанную солидарность – постояльцы сорганизуются таким образом, что… Вот тут неопределенность – то ли постояльцы распределят еду так, что нижние голодать перестанут, то ли наваляют администрации и закроют это изощренное издевательство. Но идут годы, а искомая солидарность не проявляется…

Поскольку из ничего и выходит ничего, в проект принимается, совершенно добровольно с его стороны, наш лохматый герой (Горанг), что склонен к рефлексии и морализаторству. Он против каннибализма, он за гуманизм, он любит Сервантеса. Агент администрации так прямо открытым текстом герою и заявляет – мол, на тебя вся наша надежда, потому и взяли. И тот начинает думать.

А вот давайте накормим страждущих! Ограничив тех, кому и так неплохо. По слову Сервантеса. Идея тривиальная, много раз обсосанная, но нисколько оттого не потерявшая в святости. Сказано – сделано! И герой-гуманист отправляется в путешествие прямо на том столе.

По ходу борьбы за сохранение жизней сокамерников приходится раскроить десяток-другой их черепов. А потому что у героя идея. Сама по себе душеспасительная идея на крови – дело как раз нормальное, естественное – почти вся человеческая история выступает тут в качестве иллюстрации. Неестественно, что такую идею так проталкивает наш герой – ну, вот не вяжется это с его образом. Да, похож на Иисуса, и не только внешне – потому и не вяжется. Диссонанс раз!

Реализованную идею накормить всех, пусть с натяжкой, можно рассматривать как солидарность – чего и ждет администрация. Но тут герой встречает гуру. И гуру разъясняет, что все это ерунда, что нужно не накормить своих, а подать знак верхним – небесам – мол, мы есть и мы цивилизованные. Ну, да, а то администрация не в курсе. И герой наш резко меняет свою идею на идею новоявленного гуру. Диссонанс два!

Послать администрации послание! Чтобы что? Ну, если бы там, на месте администрации был, например, Бог, или марсиане какие – мол, вот, получите – мол, мы разумные и цивилизованные, с нами нельзя так, по-зверски. Достучаться бы до небес… Там бы наверху прозрели и перестали… Тоже весьма хорошая идея, не оригинальная, но плодотворная. Однако та администрация ведь вполне человеческая. Все она знает, все понимает. Ей ничего доказывать не надо! Диссонанс три!

Ну, и финал, которого… нет. Герой спасает ребенка. Жертвуя жизнью… Нет, жизнь героя здесь ни при чем – он так и так смертник, что с ребенком, что без. А ребенок, в отличие от прочих заключенных, румяный и здоровый – до прихода героя жил неплохо, и после жил бы не хуже. (Чем питался – вопрос открытый.) Накормил пирожным? Ну, молодец! И что? Без того пирожного ребенок не мог вспрыгнуть на стол и улететь в небеса? Мог. В чем смысл послания-то? Диссонанс четыре!

Возможно, авторы начитались Стругацких – те с какого-то момента перестали объяснять подоплеку происходящего в своих романах. Тогда критики сочли это новым художественным приемом, революционным. Но, скорее, иное – авторы не знают, что сказать. Ну, вот так. Это раньше художник, какой-нибудь Достоевский, задумывая, скажем, роман и расставляя в нем философские вопросы, заранее имел на те вопросы готовые ответы. Тарковский, да-да, тоже дал ответы, пусть он их и не артикулировал! Сегодня художник ответов не имеет. Да и не нужны ему никакие ответы! Сегодня художник целиком в процессе – камера, свет, мотор, мизансцена. А для чего сам процесс – неважно. Ну, то есть понятно, что для денег и славы. А что сверх – лишнее. Зрелище – наше, вернее, их все. А чего зритель недопонял, то дофантазирует. Или ему критики объяснят. А творцам – недосуг.



















Tags: 2019, рецензия
Subscribe
promo drugoe_kino july 15, 2019 16:23 1
Buy for 100 tokens
Начинание прошлого года не оказалось единичной акцией, и вновь московское лето украшает отличный Кинофестиваль на Стрелке с ОККО. Старт уже в эту пятницу, 19 июля. Последний сеанс в воскресенье, 28 июля. Каждый вечер в летнем кинотеатре на Стреке будем смотреть один, а где и несколько фильмов.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments