Кино из детства, или «Большое космическое путешествие» Валентина Селиванова (1974)

Из детства и о детстве.

Для всего-то часа с небольшим сюжет более, чем закручен. Сейчас так не снимают. Разучились, что ли…



В отличие от сценарного первоисточника, пьесы С. Михалкова, картина живая, естественная. Да, у Михалкова и цельности больше, и смысловой нагрузки – о-го-го, но… Но вот сбацал мастер на коленке нетленное творение. Дидактическое. Ориентир этики. А реальных детей как-то упустил.

Здесь же, несмотря на фантастичность действа, дети живые. И ведут они себя, как дети. Как должны вести себя дети – в силу возраста, а не в качестве педагогических образцов.











Кстати, этим же, живым поведением, «Большое космическое» положительно отличается и от конкурента – «Москвы – Кассиопеи» с продолжением «Отроков». Да, последние интереснее (и юному зрителю, и старшему) – потому как при-клю-че-ни-я. И герои там чуть старше – собственно, уже и не дети. А живой жизни в «Большом космическом» все-таки больше.







Кино про детей для детей. Ну, вот как-то так удачно совместилось.

Собственно, кроме детей, там и нет больше никого – прочие персонажи схематичны до картонности, как декорации на сцене.





Внутренний мир ребенка на пороге отрочества. Ну, какая-то из граней этого мира. Какая-то из главных граней.

Устремленность в будущее, во взрослость. И преодоление себя, своей малышовости в этой устремленности.









И первая, нет, пожалуй, еще даже не любовь, а… симпатия. Осмысленная и будоражащая. И смущающая. И первый поцелуй, который так все еще и остается впереди…









И волшебные краски этого мира.

И вся полнота радости юного мировосприятия, открывающаяся нам через музыку Алексея Рыбникова.

Кстати, целиком та самая песня в картине не звучит – только часть. Может быть оттого, что первый поцелуй – это уже почти взрослость, которая будет потом?

А пока дети все еще дети. Хотя и в недетских обстоятельствах.