ДРУГОЕ КИНО

Смотрим. Пишем. Обсуждаем.


Previous Entry Share Next Entry
Джим Джармуш как философ американской реальности
tat_sache wrote in drugoe_kino
Просторные залы с их широкими полукруглыми нишами некогда столичного вокзала, а ныне музея Орсэ всегда изобилуют посетителями. Среди бессмертных шедевров импрессионистов и постимпрессионистов глаз натыкается на висящие рядом одинаковые на первый взгляд картины. Обе они принадлежат кисти одного и того же художника, и обе изображают один и тот же трагический сюжет. Сложно сказать, на какой из них он обставлен более душераздирающе. Это картины кисти выдающегося французского художника и графика XIX века Гюстава Доре. На них изображена сцена за кулисами цирка: истекающий кровью маленький мальчик лет пяти умирает на руках у матери, она оплакивает его, рядом с ней сидит акробат - отец ребенка. В мире эти две картины известны под названием "Семья акробата", хотя их автор предпочитал называть их просто "Агония". Бытует ошибочное мнение, что ребенок получил летальную травму во время циркового выступления, и несчастные артисты-родители оплакивают его, однако по признанию самого Доре сюжет картин еще мрачнее. "Да, я хотел изобразить запоздалое пробуждение природы в этих двух ожесточенных, почти одичавших существах [акробате и его жене - Прим. авт.]. Они убили своего ребенка, и после убийства поняли, что у них есть сердца."[1]

Разница между картинами состоит в том, что на одной части изображена земная версия событий, то есть та, которую увидел бы обычный человек, а вторая инфернальная, происходящая как бы в загробном мире. На ней отец ребенка изображен в образе черта.
Пока Доре создавал свои творения, на другом конце земного шара, в Северной Америке полным ходом шел процесс, который в советском учебнике истории назвали бы освоением целины. Но не только природные условия делали покорение Запада такой непростой задачей для переселенцев. Осложняли ее также нецивилизованные племена коренных жителей, относившихся к прибывшим на ПМЖ европейцам, мягко говоря, недружелюбно. Противостояние двух полярно разных культур иллюстрировалось во многих художественных фильмах с разной долей красочности и правдоподобности, но непосредственно саму полярность, ее мистические подтексты Джим Джармуш сделал объектом исследования в своем художественном фильме "Мертвец", повествующем в полуметафизической форме о путешествии бухгалтера Уильяма Блейка. Как и картинам Доре, произведению Джармуша присуща параллельность существования мистического и реального, загробного и земного, праведного и грешного, умершего и живущего. Ставить вопрос: "А жив ли вообще герой Джонни Деппа хоть в какой-то момент фильма?" само по себе не совсем верно, поскольку Джармуш не хочет отвечать на него зрителю и, тем более, задавать его себе. Блейк мог умереть задолго до начала фильма, а мог оставаться жив на протяжении всего действа и продолжить свое земное существование после титров, при этом, столь же возможно, погибнув несколько раз в ходе своего путешествия. Подобная блестяще выстроенная концепция сценария позволила осуществить гениальный художественный ход: сделать жизнь аллегорией смерти, а смерть в свою очередь аллегорией жизни. Джармуш-сценарист попросту стер границу между двумя противоположностями, смешав их в однородное бескрайнее и безликое пространство американской глуши.



Общей чертой большинства фильмов Джима Джармуша является их цикличность и как бы замкнутость: персонажи регулярно становятся заложниками своих образа жизни и места пребывания, но даже проходя некоторую трансформацию в ходе фильма, в конце концов они возвращаются к тому, с чего начали, что может отмечаться в завершающих сценах, которые выглядят идентично тем, с которых фильм начинался. Мы становились свидетелями подобного в таких фильмах как Таинственный поезд, Страннее чем рай и Патерсон. Нельзя исключать и того, что путь Уильяма Блейка - лишь очередной цикл от смерти главного героя в самом начале фильма до возрождения в конце. Джармуш в основном не исходит в анализе своего творчества из таких однозначных категорий, как "посыл", "сюжет", "фабула". Чем больше люди спорят из-за его фильма, чем больше рождается его трактовок, тем этот фильм лучше. И в этом смысле "Мертвец", несомненно, лучшее творение режиссера, фильм, рассказавший нам о том, как жизнь выходит на променад рука об руку со смертью, прогресс - с упадком, культура - с дикостью, а цикл - с путешествием из пункта А в пункт Б. Джармуш, если бы он писал "Семью акробата", никогда не согласился бы разделить этот страшный этюд на два полотна: он наполнил бы его максимумом деталей, отсылок, ни о чем не сказал бы прямо, ограничившись одними намеками, но изобразил бы мистику пугающей и вносящей немного смысла неотрывной частью повседневности.

Единственной константой джармушевского кино и важнейшей целью его мистификации является позиционирование мультикультурализма как основы американского образа жизни. В "Мертвеце" автор выступает с критикой дихотомии образов жизни "новых" американцев и американцев коренных. Он проводит параллель между городом Машин и религиозным центром индейцев, отмечая макабричность и чуждость обеих локаций Уильяму Блейку.  В фильме "Страннее чем рай" главный герой, этнический венгр, отказывается от своего прошлого и своей нации, стремясь интегрировать себя в американское общество и вести американский образ жизни, однако, не найдя своего "рая" на просторах Соединенных Штатов, он по воле судьбы возвращается в родную Венгрию. Существует мнение, согласно которому этим сюжетным поворотом Джармуш символизировал смерть американской мечты. Однако, на мой взгляд, он просто выразил ее несостоятельность в условиях стирания национальных идентичностей американцев. Необходимость сохранения национальных корней отметил и японец в фильме "Патерсон", заявив, что поэзия, переведенная с оригинального языка, теряет свой изначальный смысл. Сыгранный тем же актером Джун из главы "Вдали от Йокогамы" фильма "Таинственный поезд" становится заложником образа звезды рок-н-ролла конца 50-х. Он считает, что его девушка очарована именно этим образом, напоминающим ей ее любимого американского певца Элвиса Пресли. Однако загадочность и угрюмость Джуна только расстраивают жизнерадостную Мицуко. Следя за развитием их взаимоотношений, зритель инстинктивно догадывается, что Мицуко хочет видеть Джуна настоящим, а не изображающим американскую звезду, что является еще одним напоминанием от Джима Джармуша о том, насколько важно оставаться собой.
Итоги сказанному приведем на примере фильма "Патерсон". Это произведение стало воплощением идей и взглядов Джармуша. В нем ярче и легче всего прослеживаются все те черты, о которых мы говорили выше:
1. Смешение несовместимого, а иногда и противоположного. Сама пара Патерсона и Лауры позиционируется как дихотомия, объединяемая, однако светлыми человеческими чувствами: любовью и творчеством.
2. Цикличность. В истории о Патерсоне отсутствует ярко выраженный конфликт, из-за чего создается впечатление глубокой обытовленности и регулярности происходящего, в котором, тем не менее, всегда находится место маленьким чудесам и событиям, выходящим из ряда вон. Как и во многих других фильмах Джармуша, главный герой здесь возвращается в конце фильма к тому, с чего начинал.
3. Мультикультурализм. Здесь лучшим примером служит сцена с японцем, описанная выше.
4. Исполненная иронией филантропия. Персонажи творят и говорят мелкие глупости, происходят бытовые драмы, но все это не играет значимой роли в общем потоке жизни и вызывает смех режиссера и зрителя.
Как отмечал Антон Долин на презентации своей книги, посвященной творчеству Джармуша, у нас Джармуш начался с «Мертвеца», а в Штатах он на «Мертвеце» закончился[2]. Если Джим Джармуш вообще способен закончиться, то «Патерсон» ознаменовал его возрождение в ранге одного из самых американских и самобытных режиссеров своего времени.



promo drugoe_kino апрель 20, 13:31 2
Buy for 150 tokens
Рекомендации в телеграм-формате. Добавляйте пост в избранное, если хотите каждый день читать новые рекомендации по фестивалю. Пост будет обновляться. Честно говоря, не блещет, на мой вкус, юбилейный ММКФ шедеврами, но что-то посмотреть безусловно стоит. 26.04 Последний день кинофестиваля -…

  • 1
кат не сработал.

А как в в предложенные рамки вписывается Ночь на Земле? Кроме второй новеллы?

Хотя пожалй да, во многом вписываюися и другие. Любопытно.

Самым главным остается вопрос-как можно смотреть этого Патерсона? Вот Ночь на земле-реальный, живой фильм, там что-то происходит хотя бы. А Патерсон-это вообще полное разочарование для меня.Этот Драйвер распиаренный вообще бесит своим видом одним.Про "любовников" я вообще промолчу. Для меня Джармуш-это Сломанные цветы и Ночь на Земле, имхо конечно.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account