rassudkin (rassudkin) wrote in drugoe_kino,
rassudkin
rassudkin
drugoe_kino

Category:

Странная женщина. Постановщик Юлий Райзман. 1977 год.

Снимок7
Юрий Нагибин писал о спектакле 40-го года "Город на заре": "В спектакле звучали человеческие ноты, в непременную, как бы основополагающую ложь было упаковано немало истинной жизни и поэзии."
Основополагающее вранье - такой же закон жанра советского киноискусства, как три единства в классицизме. Не многим авторам удавалось обходить "законы" и при этом снимать не "в стол".
Упаковка должна была быть советской. В ней могло быть спрятано хорошее кино, не сильно испорченное пропагандистской оберткой.
По законам этого жанра позволялось анализировать: какие черты жизни соответствуют - какие противоречат социалистическому строю и идеологии. Хорош ли сам этот строй - так ставить вопрос было нельзя, это было табу и переход границ.
Поэтому общественные явления должны были быть достаточно выглажены и, как следствие, достаточно искажены, чтобы самим своим фактом не подорвать основы.
В "Гараже", где подрыв основ и нарушение жанровых законов как раз происходит, Малаева говорит: "Я предлагаю жить по демократическим советским принципам", - смех в зале. Сын Милосердова называет ее белой вороной не потому что она честна, а потому что она единственная из участников шабаша верит в то, что советские принципы - демократические. "Оказывается, белые вороны еще существуют". - "Это большая редкость, но, по счастью, у нас есть". По советским трем единствам все общество должно состоять из белых ворон.
В фильме "Странная женщина" показанные несоответствия советским принципам, как клубок, потянули за собой и сами принципы.
В 60-е-70-е было распространено такое мнение: постель без любви, а главное - постель в браке без любви - это аморально (слова "секс" тогда не было). Появилась эта неформальная нравственная норма в среде диссидентов в ответ на разборки неверных мужей на партсобраниях и в товарищеских судах. Мнение спорное ( у любви бывают кризисы, расцветы, упадки), но перегиб появляется в ответ на перегиб.
В отношениях главной героини с мужем любви давно нет. Женя - юрист. Для нее "за каждой нормой закона стоит нравственная норма", а за замужним статусом должны стоять любовь и взаимопонимание. Она решает уйти от мужа, в том числе и потому что полюбила другого. Ее супругу Андрею, дипломату, важно формальное сохранение семьи, он такой догматик-консерватор: "Как ты все это объяснишь людям?" Он не хочет выходить из-за этой семейной ширмы.
Женя уходит из этого дипломатского домостроя к Николаю Андрианову. Николай - ученый, человек широких взглядов, можно сказать, прогрессист. Он, в отличие от Андрея, вообще не сторонник брака в отношениях мужчины и женщины. К Жене Николай неравнодушен, но на союз с ней смотрит как на временное равноправное партнерство. Взаимовыгодное. Тем не менее, он опасается прослыть непорядочным и готов жениться на Жене, узнав, что она ушла от мужа. Видимо, помня про товарищеские суды и зависимость карьеры от репутации. "Как ты решишь, так и будет." Общественного мнения этот прогрессивный человек боится так же, как и муж-ретроград Андрей.
Теперь Женя понимает, что в обоих альянсах нет любви. Если там - дипломатский домострой, то здесь - рациональное партнерство новейшей модификации. И Женя уезжает к родным, на родину, в Караевск.
В фильме есть еще один смысловой пласт, который прячется за личными отношениями дипломатской четы. Женя едет в Берлин с мужем и там с живым интересом рассматривает памятники прошедшей войны. Женя искренне патриотична. Ее патриотизм - глубокое чувство, и для нее не только семья, но и весь исторический опыт основан на чувствах. Иначе идеология не имеет под собой человеческой основы. Для мужа Жени семья - пустая упаковка, это норма для него. Напрашивается предположение, что для него и за советской доктриной не стоит никаких чувств, и идеология является лишь формой без содержания. Это как раз типично было для советских людей 70-х, они не были патриотами, они были зомби. Здесь клубок вытянул и сами основы советской жизни, но, справедливости ради тут же перестал разматываться дальше. Фильм несколько раз переводит стрелки с частной жизни в мировоззренческую плоскость, расширяя содержание и размышляя о будущем.
Снимок4
На вокзале, с которого Женя уезжает в Караевск, между людьми в зале ожидания опять заходит речь о войне. "...мы ни на кого нападать не собираемся, а они на нас не посмеют..." Только когда Женя была в Берлине - это были воспоминания о прошедшей войне, а на вокзале - мысли о будущей. Фильм постоянно ходит вокруг этой темы. Возможно, потому что война начинается от недостатка человечности, основанной на чувствах. Не случайно Андрей - дипломат, а Николай - ученый. Наука слишком рациональна и технократична, а идеология слишком суха без человечности.
По закону победы добра над злом Женя все-таки нашла в Караевске такого же, как она сама, идеалиста, который верит, что советские принципы - демократические. Юра, как и Женя, относится к целой прослойке порядочных советских людей-нонконформистов, лишенных информации и поэтому просто не знающих других обоснований всему высокому, кроме Октябрьской революции и советской истории. Пропаганда била градами по мозгам, обстрелянный мозг не мог допустить альтернативу. Ученые и дипломаты были в этом смысле гораздо циничнее и информированнее. Но они были конформистами. Чувства Юры - это не создание видимости, не поиск удобного партнера, это просто любовь. Женя счастлива и готова ответить взаимностью, но к ней приезжает сын. После его разговора с матерью зритель понимает, что из ее сына вырос мажор. Через пару лет он будет учиться в "папином институте" ( вероятно, в абсолютно блатном в советское время МГИМО), папа будет использован как ресурс. Сынок презирает людей, такого ресурса не имеющих, и главное - ему совсем неинтересны чужие чувства, он их просто понимает и использует в своих интересах. У него как будто прививка от сочувствия.
Женя уезжает в Москву "спасать сына". Но как она собирается его спасать? Затянуть из Москвы в провинцию, из дипломатов в инженеры, из мажора-наследника сделать интеллигента-неформала, кем она сама по сути является? Тут смысловая стрелка поворачивается, и зритель задается вопросом: в чем причина разногласий Жени с дипломатом? Может быть, ей не нравится именно несоответствие выученных в школе идеалов реальному захвату людьми социальных положений и жизненных благ? В этих захватах нет ни чувств, ни жизни, ни нравственной жизни, а есть преимущества клана, принадлежность к которому определяет судьбу. Фильм молчит об этом, лишь делает легкий, но точный намек-акцент. Возможно, весь фильм - попытка авторов объяснить родственно-клановую иерархию и сонное отношение к советским святыням - "боязнью больших чувств", пренебрежением к чувствам. Неудачная попытка наглухо закрыть любовью проблемы отнюдь не романтического свойства. Но уши торчат, возможно, умышленно.
Снимок5
Фильм кончается хорошо. Юра уезжает за Женей в Москву в другом вагоне того же поезда. Он готов не отказаться от мытарств и мучений, которые гарантированно принесет ему его любовь. С точки зрения бывших мужчин главной героини Женя неудобный партнер для него. Но Юра не хочет заместить неподходящую любовь добротной суррогатной заменой, как это сделал Андрианов. Юра значительно моложе Жени, и это не случайно - любовь не старомодна.
Tags: 1977, Юлий Райзман, советское кино
Subscribe

promo drugoe_kino july 15, 2019 16:23 1
Buy for 100 tokens
Начинание прошлого года не оказалось единичной акцией, и вновь московское лето украшает отличный Кинофестиваль на Стрелке с ОККО. Старт уже в эту пятницу, 19 июля. Последний сеанс в воскресенье, 28 июля. Каждый вечер в летнем кинотеатре на Стреке будем смотреть один, а где и несколько фильмов.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 62 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →