desyateryk (d_desyateryk) wrote in drugoe_kino,
desyateryk
d_desyateryk
drugoe_kino

Categories:

«Жизнь Адель» / La Vie d'Adèle — chapitre 1 & 2 (Абделатиф Кешиш, Франция-Бельгия-Испания, 2013)

название рецензии: Песнь опыта и невинности
(ниже еще интервью с режиссером)



Синий — самый теплый цвет. Звучит странно. Для двух девушек, оглянувшихся друг на друга на пешеходном переходе, — нет. «Синий — самый теплый цвет» — название комикса Жюли Маро, по которому снят фильм французского режиссера Абделатифа Кешиша «Жизнь Адель», отмеченный «Золотой пальмовой ветвью» в Каннах в этом году, причем впервые в истории фестиваля «Пальмой» наградили двух актрис — исполнительниц главных ролей Адель Экзаркопулос и Леа Сейду.

Все на поверхности: две девушки влюбились друг в друга, были счастливы, у одной все перегорело, вторая болезненно пережила разрыв, каждая пошла своей дорогой. Простота и прямолинейность (в целом свойственные Кешишу — стоит вспомнить его предыдущие работы) сбивают с толку, тем более сегодня, во времена виртуозных упражнений с формой. Почему именно такая, очевидно не новаторская по своему языку лента стала художественной сенсацией?

Для этого нужно понять, что здесь происходит.

Итак, они встретились — эксцентричная художница Эмма (Леа Сейду) с короткими синими волосами и юная студентка-филолог Адель (Адель Экзаркопулос), ищущая себя. Их первая мимолетная встреча на переходе — секундный обмен взглядами — сильнее самой яркой эротики. Эротика тоже будет, и много, но она, скорее, служит чем-то наподобие живописных вставок в основное повествование; похожим образом в кадре появляются, например, классические полотна с обнаженной натурой.

Кешиш развивает повествование чрезвычайно обстоятельно, неспешно, иногда даже слишком детально (и это вредит фильму во второй части), шаг за шагом показывая изменения, происходящие с Адель, — именно с ней. Что касается Эммы, мы открываем лишь постоянные привычки: ее любовницы являются ее моделями, ее умение соблазнять — частью работы, она творит через тело, для вдохновения ей нужен физический контакт. За Адель наблюдать интереснее. Собственно, это три наиболее интересные вещи: как человек путешествует, как он любит и как он взрослеет (что является тем же путешествием, только во времени). «Жизнь Адель» — это роман воспитания, который перерастает в роман любовный, а заканчивается опять как роман воспитания.

Наиболее разительные изменения — в конце. Видим Адель с детьми в школе, Эмму — с очередной партнершей на очередной выставке. Главное отличие теперь, когда история почти рассказана, — не в социальных статусах героинь, хотя для Кешиша это важно. Адель (в этом огромная заслуга актрисы Адель Экзаркопулос) стала совсем иным человеком. Изменились одежда, прическа, лицо, жесты — все. Она выглядит, ведет себя как абсолютно взрослая женщина. В то же время Эмма (и здесь тоже тонкая и точная работа Сейду), по большому счету, не выросла, так и оставшись инфантильным персонажем своей небольшой, как у любого посредственного художника, творческой сцены, где окружающие — временная, легко заменимая массовка.

Роман, в отличие от эпоса, не сосредоточен на морали — именно поэтому, кстати, не нужно искать итоговую мораль в «Жизни Адель». Роман упорядочивает опыт, а не передает его. Адель движется от невинности к опыту, Эмма — от одного опыта к другому. Повседневная рутина жизни ради других (а Адель действительно любит свою работу учительницы) побеждает блестящее карьерное однообразие, приправленное искусством, — и это один из тех неочевидных парадоксов Кешиша, которые принесли сыну тунисских эмигрантов общеевропейскую славу.

В финале Адель покидает историю и уносит синий с собой, на себе — уходит по пустой улице в синем платье, не с разбитым, а, что тяжелее, со взрослым сердцем.



Абделатиф Кешиш: «Я хочу, чтобы этот фильм был обменом между мной и зрителями»




Мне довелось посмотреть «Жизнь Адель» на Нью-Йоркском кинофестивале и задать первый вопрос Абделатифу Кешишу на пресс-конференции, которая состоялась сразу после премьеры.

— У меня довольно странный вопрос: теперь, когда фильм завершен, о чем он, по вашему мнению?
— Надеюсь, у вас есть ответ... Когда я начинаю снимать, у меня обычно есть несколько тем, позже одна из них проявляется сильнее, чем другие. Хочу, чтобы этот фильм был обменом между мной и зрителями, чтобы они воспринимали вещи, которые я стремился передать, чтобы у нас был схожий опыт.

— Это режиссерская версия или прокатная? Ведь картины, снятые о конкретных личностях, например «Лоуренс Аравийский», длятся не менее двух часов, и обычно такая продолжительность объясняется применением импровизации как стиля работы во время репетиций и собственно съемок, особенно если фильм богат сценами при участии лишь двух героев. Использовали ли вы импровизацию в качестве творческого приема, и является ли эта финальная версия «Жизни Адель» режиссерской?
— Такая продолжительность обусловлена моим чувством ритма, сопровождающего процесс творчества, и внутреннего дыхания, которое я чувствовал в фильме. Я пытался использовать опыт прошлых лент, монтировать эпизоды так, чтобы они отвечали определенным классическим моделям. Не говорю это в каком-то унизительном смысле: я просто хотел вместить «Жизнь Адель» в более стандартные рамки. Но чем больше я работаю в кинематографии, тем больше я позволяю фильмам дышать в их собственном естественном ритме. Поэтому я думаю, что в последующие годы мои работы будут становиться длиннее. В действительности, финальная версия «Жизни Адель» будет дольше, чем эта, где-то на 40 минут. Что касается импровизации, то я бы не употреблял именно это слово, но на съемочной площадке я даю актерам достаточно большую долю свободы, чтобы они имели возможность выбрать путь, который может привести к настоящему открытию.

— Учитывая то, что фильм напрямую затрагивает тему гомосексуальности, как вы относитесь к гей-кино как отдельному жанру? Кого вы считаете вашими предшественниками в этом?
— Один фильм с Чарлтоном Хестоном. Я посмотрел «Бен-Гура» (голливудский исторический блокбастер 1959 года, обладатель 11 «Оскаров». — Д.Д.), и немного Вам о нем расскажу. Поскольку Чарлтон не хотел выполнять некоторые указания режиссера (это очень забавная история), режиссер (Уильям Уайлер. — Д.Д.) сказал актеру, который играл друга детства героя Чарлтона: «Я не могу сказать этого ему, но когда ты будешь смотреть ему в глаза, ты должен помнить, что в юности у вас был гомосексуальный роман. И ты должен сделать так, чтобы он это почувствовал, когда будешь смотреть на него». Он не мог сказать это Хестону, конечно. Чарлтон и в самом деле был смущен поведением партнера, и действительно создавалось впечатление, что в юности между ними что-то было. Это пример фильма, который я могу привести в ответ на Ваш вопрос.

— Вам нравится снимать достаточно критические работы. Но этот фильм показывает политику в немного ином свете. Он передает деструктивное влияние классового общества на отношения, также в нем присутствуют чувство краха иллюзий и ирония относительно некоторых левых аспектов французской культуры. Расскажите, что несет фильм в политическом плане?
— Да, эту тему я поднимал и в предыдущих работах. Это то, что я хотел представить в «Жизни Адель»: существование в разных социальных классах, сложное и невозможное для отношений, сложности перехода в высший социальный класс, и что происходит, когда начальная животная страсть проходит, — если людей больше ничего не связывает, отношения неизбежно разрушаются. Это — проблемы, о которых я много думаю.

— В фильме много волнующих сцен. Эпизод, который запомнился мне больше всего, — когда Адель впервые встречает Эмму — просто насыщен сексуальным вниманием, он показался мне намного более сексуальным, чем откровенные сцены, поэтому интересно, как вы работали над этим фрагментом?
— Я очень хотел подчеркнуть эмоции. Решил, что эту сцену будет сопровождать музыка, но ничего не мог найти. Тогда я случайно познакомился с композитором, который создавал очень меланхолическую музыку. Она показалась мне идеальной, и я использовал ее в сцене первого знакомства. Мне кажется, она помогла укрепить эмоции в ней.

— Леа Сейду достаточно известна в Соединенных Штатах, а во Франции знают обеих исполнительниц главных ролей. Процесс кастинга был продолжительным, нашли ли вы обеих актрис сразу?
— В случае с Леа я не успел посмотреть многих кандидатов, но очень быстро понял, что ее личные качества и жизненный опыт прекрасно подходят для роли. Что касается Адель, я видел многих девушек, некоторые из них были профессиональными актрисами, некоторые — нет, но, как только я познакомился с Адель, понял, что она — именно та.

— Планируете ли вы снимать продолжение?
— Адель запала мне в душу, и когда я думал о ней, представлял ее, работал над ней, мои мысли уходили в далекое будущее, к очень зрелому ее возрасту, затрагивали разнообразные периоды и переживания. Я бы очень хотел продолжить работу с этим персонажем. Конечно, мы живем в неидеальном мире, следовательно, я не могу точно знать, что будет дальше. Я не могу снять двадцатичасовую ленту, поэтому — да, я хотел бы вернуться к Адель снова.

P. S. Упреждая вопросы «где посмотреть?»: в Москве и в Киеве фильм сейчас идет в прокате.

Дмитрий Десятерик, «День»
Tags: ЛГБТ, киноинтервью, французское кино
Subscribe

Recent Posts from This Community

promo drugoe_kino июль 15, 2019 16:23 1
Buy for 100 tokens
Начинание прошлого года не оказалось единичной акцией, и вновь московское лето украшает отличный Кинофестиваль на Стрелке с ОККО. Старт уже в эту пятницу, 19 июля. Последний сеанс в воскресенье, 28 июля. Каждый вечер в летнем кинотеатре на Стреке будем смотреть один, а где и несколько фильмов.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments