?

Log in

No account? Create an account

ДРУГОЕ КИНО

Смотрим. Пишем. Обсуждаем.


Previous Entry Share Next Entry
«Нью-Йорк, Нью-Йорк» (Synecdoche, New York) (2008)
orangegnedich wrote in drugoe_kino
Театральный режиссёр Кейден Котард (Филип Сеймур Хоффман) бьётся над постановкой «Смерти коммивояжёра», теряет семью — жена уезжает в Берлин, где становится известной художницей, а позже получает грант на новый проект — opus magnum гигантского масштаба, в котором растворяется без остатка, плодя людей-мемов, людей-вирусы и неАктёров.

Мне великий американский драматург Чарли Кауфман до вечера просмотра его режиссёрского дебюта «Нью-Йорк, Нью-Йорк» (плохой перевод, который прижился из-за непроизносимого и непонятного многим оригинала) виделся великим американским продавцом драматурга Чарли Кауфмана, голливудским enfant terrible, играющим в городского сумасшедшего благодаря выдающемуся владению приёмами постмодернизма. И «Быть Джоном Малковичем», и «Звериная натура», и «Адаптация» с «Вечным сиянием чистого разума» странным образом доказывают, что Кауфману, если и не не везло (это не описка) с режиссёрами, то по крайней мере умницы Гондри и Джонзи постоянно съезжали кто куда (первый — в «картонные крылья любви», второй приравнивал Кауфмана к городским, с учётом, что город этот — Голливуд, сумасшедшим, которым на голову упал том-кирпич по психоанализу), но неизменно на те полки, откуда Чарли очень удобно позиционировать и нетрудно продать, оставляя его грусть, сочащуюся со всех его фотопортретов, в его кучерявой голове. Когда пришло время самому Кауфману вещать из режиссёрского кресла, оказалось, что все его песни уже спеты, а сам драматург превратился то ли в бренд, то ли в тренд: принятое приглашение поработать над диалогами для «Кунг-фу Панды 2», если относиться к нему серьёзно, замечательно иллюстрирует сложившуюся ситуацию.

«Синекдоха» как раз об этом — как поздний Radiohead или последняя пластинка Sigur Ros, констатирующие не кажущийся промежуточным финиш авторской мысли. Кауфман, всё-таки голова, поднимается над этой сентенцией и предельно сгущает краски: скорее, не экранизирует её, а фиксирует путь к этому нерадостному факту. Чарли опирается на фундаментальное в этой структуре понятие «время» и примыкающее к ней «смерть», чтобы противопоставить себя, условного в данном случае автора-Давида, категории-Голиафу. Крошечный создатель всю дорогу выше и больше времени только в силу того, что ему позволено наблюдать за этой рекой и вылавливать из неё, организма куда более могучего и сильного, нечто полезное. Когда нет песен, историй и героев, Кауфман делает, казалось бы, банальную для постмодернизма вещь: он пишет на доске подробное доказательство этому, приходя к жуткому в своей правде ответу — песен и не должно быть. Есть (или, по крайней мере, должен быть) творец — с маленькой буквы, который главнее того, что с буквы большой, потому, что он, условный Кауфман, — недостижимый для себя идеал, вписывающий всё вокруг в собственную систему координат, в том числе и процессы, ему неподвластные. Казалось бы, это должно привести к какому-то авторитарному высказыванию о природе создания интеллектуального продукта, но автор, стоящий, как подобает интеллектуалу, на позициях тотальной фрустрации, утверждает (ненадёжное для Кауфмана слово), что вселенная создателя заканчивается вместе с самим создателем. Автор намеренно впускает в фильм «вирус» — образ Нунана, с одной стороны — подчинённый Котардом персонаж, но с другой — образ бога для интеллектуалов, делающий «Нью-Йорк, Нью-Йорк» «Сибириадой», «Крёстным отцом» и «Звёздными войнами» в описании безумия творческого процесса.

promo drugoe_kino июль 15, 16:23 1
Buy for 10 tokens
Начинание прошлого года не оказалось единичной акцией, и вновь московское лето украшает отличный Кинофестиваль на Стрелке с ОККО. Старт уже в эту пятницу, 19 июля. Последний сеанс в воскресенье, 28 июля. Каждый вечер в летнем кинотеатре на Стреке будем смотреть один, а где и несколько фильмов.…

  • 1
Спасибо, объяснили.
Я фильм смотрел внимательно, многие психиатрические параллели уловил, но сама идея от меня напрочь ускользнула (если не брать в расчет патогенез надвигающегося безумия самого Котарда), оставив в памяти лишь ироничный след.
Однако, время не было потеряно даром. Я просто любовался Филипом Сеймур Хоффманом и этого удовольствия мне вполне хватило.

Кроме актерского таланта Сеймура фильм ничем не примечателен. Полный провал, жуткая тягомотина.

Ну здравствуй, племя, младое, незнакомое с Мартином Скорсезе и его фильмом "Нью-Йорк, Нью-Йорк".
Это п..дц, подкравшийся, как всегда, незаметно.

  • 1