hhhhhhhhl (hhhhhhhhl) wrote in drugoe_kino,
hhhhhhhhl
hhhhhhhhl
drugoe_kino

Category:

"Человек с киноаппаратом" реж. Дзига Вертов, 1929г.

То, что двадцатые – время поисков новых форм в искусстве, говорить нет необходимости. Это факт известный. В то время и кинематограф стал площадкой для творческих экспериментов.

Фильм «Человек с киноаппаратом» имеет подзаголовок «Зрительная симфония». Москва узнаётся хотя бы тем же Большим театром, но часть фильма Вертов снимал в Одессе, отсюда пляж в кадре, ветер совсем не московский, так что город - синтетический. Фильм о жизни большого города. Один день. Зритель смотрит на происходящее через объектив камеры. Главный здесь - человек с киноаппаратом. Он как кинооператор в кадре, и он как автор идеи, как изобретатель всех тех приёмов, что начинает выносить на экран, вызывая удивление и восхищение. Кажется, современного зрителя так активно потчуют новыми технологиями, что уж там Вертов с его камерой, которая снимала-то, пока он ручку вращал. Но мне как-то хватает воображения увидеть это и из того времени, рукоплескать автору за все его режиссёрские, операторские и монтажные находки.
Открытия.
Приёмов столько, что их сложно охватить навскидку, причём он комбинирует в одном кадре, но в их использовании нет надуманного наворота, всё ради усиления впечатления от происходящего на экране.

Движение камеры, например, в лоб несущемуся поезду, тут же - резкий разворот, и обратно - во встречный. Или через раскачивания камеры от макушки церкви через мостовую на фасад здания напротив и дальше - в небо или такое микро-покачивание над пивными бутылками, увеличил амплитуду и «улетел» на улицу, буквально к фасаду лавки по продаже свечей и церковной утвари.

Совмещение в кадре разных фрагментов - наиболее часто употребляемый и самый эффектный приём от головокружительных ракурсов фасадов высотных зданий в стиле фоторабот Родченко, через показ движение на улицах, в первую очередь трамваев, которыми Москва набита, какой-то трамвайный мир, по три штуки на перекрёстке, едут нос в хвост, а Вертов ещё режет кадры, соединяет горизонтальными или вертикальными фрагментами, уплотняя всё таким образом. И далее до передачи напряжения рабочего дня, когда телефонистки рядами, девушки в конторе просто слоёным пирогом - белые блузы над чёрными столами. Помимо того, что существует убыстрённая съёмка для создания заданного ритма. К концу дня и к концу фильма соответственно он наращивает эффект. Совмещая по три кадра или больше, увеличил толпу на улице до неба, вернее, неба и нет, люди, люди, и тут справа в кадр въезжают трамваи, словно инопланетные корабли. Трамваи огромные.
Масштаб.
Вертов одновременно меняет масштаб. Многократно. И в финале доводит это до совершенно великолепной картинки, когда пианист играет на рояле, но при этом на чёрной крышке танцуют маленькие белые балеринки. Насмешил, когда в репродукторе сначала гармонь проступала, потом, руки пианиста, ухо, рот певицы, и хотя фильм немой, то есть именно без музыкального сопровождения, но картинка позволяет «услышать» репродуктор.
А разламывание кадра с Большим театром показалось настолько в тему последним событиям, хоть заимствуй для иллюстрации злобных статей в адрес организаторов реконструкции Большого.

Но если говорить о масштабе, то в первую очередь о кинооператоре. И я имею в виду не только размер, когда он неимоверно большой возвышается над городом, камера словно волшебная пушка в его руках. Я имею в виду роль этого человека в фильме. Он присутствует в кадре: идёт, бежит, карабкается. Устанавливает свою треногу в самых немыслимых местах: на каких-то перекрытиях, между трамваями, чтобы эти железные тела буквально обтекали его, в сталелитейном цеху, где показано, как его гонят, так как это опасно, на что Вертов отвечает эффектом мерцания кадра, и этот приём затем повторит ещё раз. Он сидит на подножке трамвая, поезда, зависает в люльке над потоком, ложится на мостовую. Не говоря о том, что он предпринимает, чтобы снять поезд с уровня колёс. Он почти всё время в кадре, словно показывает, как он это делает. Меня поразили две вещи, сведённые примерно в середине фильма.
Как намеренно продемонстрирован процесс съёмки. Кода кинооператор стоит на двери(!) открытой машины - кабриолета, камера установлена треногой в пол, крутит ручку и снимает извозчика. Это - настоящий трюк, опасный притом. Вторая камера снимает, то сзади, то с боку. Очевидно, что они так едут не сто метров и на скорости. Аналогично на мототреке, где он буквально левой рукой держит руль, правой вращает ручку кинокамеры, закреплённой жёстко. Я усматриваю помимо информационно-хроникальной функции, ещё и просветительскую. И здесь второй момент, самый невероятный, на мой взгляд. Он выносит зрителю технологию кинопроизводства: сортировку материала, монтаж. Показывает фрагмент плёнки, правда, переведенной в позитив для ясности, монтажистку с ножницами или просто над столом, а затем кадр на экране, словно предлагает зафиксировать соответствие плёнке, и так в несколько заходов. Узнаю бонусы: «Сейчас мы Вам расскажем, как мы это сделали».

Насколько продуманы 60 минут фильма. Ведь, он умудрился ещё и развлечь зрителя, устраивая фокусы на экране. Проступание одного кадра после другого с результатом неких действий, сами действия вырезаны: спортплощадка – пустая, раз - девушки-гимнастки рядами; гладь воды – групка плавчих из ниоткуда, карусель закрыта – хоп, открыта, лошадки и прочее.
А анимация. Придумано и сделано ловко: городошная фигурка собирающаяся сама из палочек, шашки и шахматные фигуры, сами расставляющиеся на доске – смонтировано обратным ходом. Стенгазета сама залезает на стену. О, газета – шрифты рукописные. Но самый грандиозный момент в конце, когда тренога кинооператора словно танцует, кинокамера сама вылезает из чехла и садится на штатив, вращает ручку, объектив и что там ещё у неё может выдвигаться, "головой" вертит и уходит.

В фильме есть невероятно поэтичный эпизод. Примерно с 46-ой минуты. Он показал спорт на замедленной съёмке и со стоп-кадрами: девушка дискобол в раскручивании - движения как в танце; прыжки через перекладину с шестом и без - лёгкость и напряжение всех мышц; прыжок с вышки, бег лошади. И лица на трибунах, они прекрасны: улыбающиеся лица девушек, коротко стриженных по той моде, молодых людей, парней в кепках; женщины с собачкой – две с одной.

Надо сказать, что на всю тяжесть труда лишь отчасти механизированного тогда, отсутствие устроенного быта, утром умывание в тазу, после смены в корыте под проточной водой из крана, лица жизнерадостные: девушки за каким-то нитко-наматывающим станком, на конвейере, после работы или на улице парочками щебечут, смеются, хотя были и просто бабки в платках. Дети, наблюдающие за фокусником, милые. Что говорить, дети – особый народ. Беспризорник в камеру засмеялся, барышня убежала, а дама сумочкой прикрылась, засмущалась. Сейчас на улицах города народ хмурый.
А какие показаны тренажёры: и гребной, и вело, даже нечто массирующее мышцы женского живота. В целом быт интересен, конечно. Пивная - все в кепках, столы за драпировками, автомат для открывания пивных бутылок молотит как конвейер, кинотеатр с афишей рисованой, клуб. Часто бытовые зарисовки поданы через противопоставления: девушка умывается – дворник моет город, в парикмахерской намыливание волос – стирка белья, заточка лезвия для бритья парикмахером – топора плотником, модница на макияже в салоне - ручной примитивный труд работницы, замотанной в платок, похороны – свадьба, смерть – рождение ребёнка, даже снят процесс родов. Много красивых крупных планов, а ещё частенько в кадре ножки и в туфельках и босые.

Фильм начинается и заканчивается в зале. Сначала – пустом, входят зрители, занимают места, механик заряжает плёнку, человек скрывается за кулисами, именно так экран – за кулисами, и начинается фильм. А в конце – возвращение в зал и прогон ленты перед зрителями, прямо узнаю моменты на экране, что уже видела, некоторые новые, не вошедшие в большой монтаж. То есть мы смотрим на то, как смотрят они. У меня есть свой вариант прочтения этого зрительского обрамления ленты. Вертов раздвигает границы фильма, выносит его за рамки киноплёнки, фильм это – и те, кто его смотрят. Конечно, кино - не театр, но в конце эпизоды на экране чередуются с крупными планами зрителей в зале, лица, ещё и ещё. Маятник часов отсчитывает время. Финальный кадр - глаз кинооператора через объективе камеры обращён на зрителей, на тех, кто пришёл в кинотеатр тогда и на сегодняшних, на меня перед ноутбуком.

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28


У оригинала отсутствует какой-либо звук и музыкальное сопровождение в том числе. Но
"...один из документов, сохранившихся в архиве Вертова - "Музыкальный конспект к "Человеку с киноаппаратом"". (Из книге Рошаля "Дзига Вертов" (он там рассуждает про ритм фильма).
Там автор указывал "характер музыкального сопровождения каждого эпизода во время демонстрации фильма в кинотеатрах". Рутрекер предлагает саундтрек Alloy Orchestra. Я лично, смотрела без, просто выключив звук. Разные источники приводят не совпадающие саундтреки. На том же рутрекере в скрытом комменте от gjar информация по всем вариантам, записанным для этого фильма с 1996 по 2010 год.

Для желающих
фильм «Человек с киноаппаратом» скачать с рутрекера, с депозита, посмотреть на You Tube.
Статья в журнале "Сеанс" Советский киноавангард на пленке и на бумаге.
там же Дзига Вертов и другие кинолюбители.
Удивительный материал - покадровое описание фильма.


Когда фильм был смонтирован, то в ожидании релиза мандраж Вертова достиг предела. Он требовал, чтобы все советские газеты, включая и главную «Правду» опубликовали до показа фильма объявления, в которых написали бы про экспериментальный характер фильма. Вертов действительно боялся, что его кино или будет положено на полку, или будет проигнорировано зрителем. Благодаря этой Вертовской паранойе о фильме действительно заговорили все. Слухи, обсуждения, новости появились еще до того как «Человек с киноаппаратом» был показан. И вот он вышел на экран...

Публика попроще чесала затылок и молчала. Публика поинтеллигентнее сначала осторожно, а потом и с жаром начала давать режиссеру правых хуков в челюсть (ну чем не Уве Болл?!).

Писали, что фильм невозможно смотреть из-за темпа монтажа, что его скорость раза в четыре превышает все мыслимые человеческие возможности. Причем удивительно, что писали это не только советские, но и американские газеты. Например, «Нью-Йорк Таймс»:

«Продюсер Дзига Вертов не принимает во внимание тот факт, что человеческий глаз способен воспринять только лишь определенное количество кадров. Здесь же количество кадров просто немыслимое».
Нам, знакомым с «Домино», «Необратимостью» или телеканалом MTV, конечно смешно читать эти обвинения, но тогда они воспринимались как приговор.

Были кинокритики, которые обвиняли режиссера в формализме — опасное обвинение для тех лет. И даже С.М. Эйзенштейн прошелся по коллеге:

«При блестящем мастерстве абстрактного, формального сочетания кусков «в себе», т. е. по признакам формальным (темп кадра, нагруженность кадра, направление кадра и т. д.), — полное неумение монтировать кадры по признаку эффекта на аудиторию».
Были и такие, кто заявил, что Вертов, дескать, большинство технических «фишек» украл у Вальтера Руттмана из «Симфонии большого города», вышедшей на 2 года раньше «Человека с киноаппаратом». На это обвинение Вертов ответил лично, ткнув критиков носом в кинохронику и документальные фильмы, которые снимались в рамках руководимой им «Киноправды». Ее делали с начала 20-х, гораздо раньше «Симфонии». И все новаторские приемы были опробованы Вертовом еще там.

Впоследствии режиссер Вальтер Руттман говорил о том, что вдохновение он черпал в новаторских кинематографических концепциях Вертова. Чем подтвердил первенство Вертова в этом креативном вопросе.

Через десятилетие Дзигу Вертова забудут. Последней его заметной картиной будет «Колыбельная» 1938 года. А три или четыре фильма, снятые Вертовым в Алма-Ате во время войны, в прокат так и не выйдут. В 1949 году режиссер Марианна Таврог, будучи на практике на Центральной студии документальных фильмов, увидит пожилого мужчину. Ей скажут, что это Дзига Вертов и у Таврог будет шок, поскольку она считала, что Вертов давно умер. Вертов проживет еще 5 лет и скончается в 1954 году.

После смерти его откроют заново. Жан-Люк Годар и Франсуа Трюффо назовут Вертова своим учителем, а его фильмы — полотнами огромного мастерства, совершенно недостижимого для документального иностранного фильма.
Из статья на filmz.ru.


В 2002 году был снят документальный фильм «Дзига и его братья»*.
Фильм рассказывает о трёх братьях Кауфманах - Давиде, Моисее (Михаиле), Борисе. Все они были кинооператорами. Дзига Вертов - псевдоним старшего брата Давида. Из трёх братьев двое - Дзига и Михаил остались в СССР. Борис уехал во Францию. После войны эмигрировал в США, где в 1954 году получил «Оскар» за фильм «В порту» (Реж. Элиа Казан). Борис Кауфман также был оператором «12 разгневанных мужчин»(Сидней Люмет) и еще десятка американских художественных фильмов. Фильм рассказывает о судьбе каждого из братьев.
Скачать фильм с рутрекера, с депозита.

Дзига в переводе с польского означает "волчок".
Subscribe

promo drugoe_kino july 15, 2019 16:23 1
Buy for 100 tokens
Начинание прошлого года не оказалось единичной акцией, и вновь московское лето украшает отличный Кинофестиваль на Стрелке с ОККО. Старт уже в эту пятницу, 19 июля. Последний сеанс в воскресенье, 28 июля. Каждый вечер в летнем кинотеатре на Стреке будем смотреть один, а где и несколько фильмов.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment