makekaresus (makekaresus) wrote in drugoe_kino,
makekaresus
makekaresus
drugoe_kino

Донни Дарко (Donnie Darko, 2001)

 

Некогда в «Talking Head» голова японского сценариста иронично сетовала об уходе «старых добрых времен», где смеющийся ребенок и приходящий поезд были верхом кинематографической занимательности, беспримерно поражая аудиторию. Теперь же зрительская изощренность заставляет биться в перфекционистких судорогах всех, кто задействован в кинопроцессе. Как только не преломляются сюжетные перипетии в угоду скучающего киномана, как только не перетасовываются повествовательные компоненты, преобразовываясь в постмодернистский пастиш, для интеллигибельной услады высоколобых киноведов… Богатство инструментария, бездна технологий, отсутствие табуированных тематик, - только попробуй визуализировать «Удивляющую идею», но вряд ли у тебя это получиться «складно и успешно». А у Ричарда Келли случилось-то выдавить «Ох-ах, ничего себе?!» из сросшейся с киношными деликатесами гедонистичной публики…

«Донни Дарко» - необычный, ставший тысячи раз культовым, дебют, оказавшейся на выходе интеллектуально мастерской обманкой начинающего режиссера. Качество фильма заключено в неклассическом смещении восприятия сюжетной линии. И это не задействуя специфических приемов видеоряда – исключительно мощью сценарного изобретательства. Хитроумная рецессия киноязыка, по траектории которой увлеченные киноманы самостоятельно докапываются до смысловых глубин и потаенных значений (конечно же, первоначально отсутствующих), сооружая из выкопанного многоэтажную мифопоэтическую конструкцию. «Двойное визуализированное дно». Вроде бы, исходя из нарративной целостности фильма, «принцип удовольствия» заключен в джойсовской дешифровке повествования; Келли дозированно подбрасывает скрытые намеки на фиктивность центрального действа, демонстрирует блеклые симптомы мрачного фантазма, а зритель случайно может натолкнуться на иллюзорность, неправдоподобность текущих событий, предугадать развоплощающую развязку с виду неочевидной истории.

Но нет, «рецептивный аппарат» зрителя дает мощный крен под прессом эклектичной сюжетной вязи: мистичный «саспенс» а-ля Кинг, пубертатные будни влюбленности и жажды самовыражения, вовлеченность в политологический агитпроп, галлюциногенная научно-фантастические заигрывание с пространственно-временным континуумом, либеральная ненависть к ригористичному облику и образу мыслей христианского консерватизма… Все эти соблазняющие повествовательные элементы, искусственно соединенные меж собой возрастающим нагнетанием Финала, заслоняет те мелкие важнейшие детали, скрыто отображающие саму развязку, разоблачающие ее простоту и адекватность. Так аудитория включается в мифологему кинокартины и ее главнейшую дилемму: «кто такой Донни Дарко? Законченный шизофреник, либо пророк грядущих катаклизмов… или нечто среднее, шизоидного миста? Только этими вариантами можно объяснить всю сверхъестественность происходящего». Зритель – в состоянии смыслового неравновесия, здесь приоткрыты несколько означивающих выходов, над которыми властен лишь Автор. Но в окончание «раздается» сардонический «хохот» сквозь повествовательные «слезы»: Донни – ни то, ни другое, хотя нет, через мгновение, несчастный Мертвец. Все отображенное, вся разнородная эклектичная заумь – это красивейший Фантазм шизонутого «подлетка», а не действительная история 28 дней. При чем фантазия, крепко втянувшая в свои дебри, но нелепо оборванная, сыгранная без окончательного аккорда, поэтому «на автомате» заставляющая доигрывать, домысливать, трактовать. Хотя какие рациональные интерпретации возможны в отношении Фантазма, ведь это самозамкнутый визуальный мирок из случайно сцепленных концепций, идей, событий.

Режиссёр: и не говорите, что я вам не указывал на фантасмагоричность главной темы: «самовлюбленно изображенный «шизоидный супергерой», творящий дьявольское возмездие по наущению мистичного Кролика, удачно влюбляющийся в «новенькую», ощущающий «водно-червячную» подоснову мироздания, яростно и интеллектуально оппонирующий консервативным тупицам, сотней-другой деталей демонстрирующий свою не реалистичность, подростковые мечтания». Это либо ночные грезы (не без художественной изюминки) юного персонажа, либо намеренный режиссерский стеб с серьезным довеском мистичной патетики, что в принципе идентично, но только первое относится к внутреннему нарративному строю. В том и культовость фильма: молодой мэтр силой киноязыка заставил нас, как завзятых психоаналитиков, увлеченно растолковывать вычурные мечтания выдуманного юноши (дескать, даже не свои режиссерские, а специально придуманного персонажа). И я уверяю Вас, этот сеанс «лечебных» интерпретаций будет длиться еще годы и годы… 
Subscribe
promo drugoe_kino july 15, 16:23 1
Buy for 100 tokens
Начинание прошлого года не оказалось единичной акцией, и вновь московское лето украшает отличный Кинофестиваль на Стрелке с ОККО. Старт уже в эту пятницу, 19 июля. Последний сеанс в воскресенье, 28 июля. Каждый вечер в летнем кинотеатре на Стреке будем смотреть один, а где и несколько фильмов.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 36 comments