?

Log in

No account? Create an account

ДРУГОЕ КИНО

Смотрим. Пишем. Обсуждаем.


"Беспокойная Анна" Медем, 2007
rubaduba wrote in drugoe_kino


Сто лет назад я чуть не разошелся с будущей женой после просмотра медемского «Люсия и секс». Жена только моргала часто – была в полном восторге. Я же просто даже не знал что сказать. Потому что за исключением главной героини и безусловно художественности, фильм мне показался пустым, надуманными и рванным. Акценты были смещены, диалоги незакончены и никакого смысла в результате не вырисовывались.Тогда я подумал, дескать, может Медем для теток выписывает свои месседжи. В общем, пожал плечами и забыл.
И вот душной июльской ночью я засмотрел его «Беспокойную Анну». И снова очень художественное и очень невнятное кино. Снова клевая деваха в главной роли и снова сюжет, который так и норовит сползти куда-то вбок, игнорируя совершенно необходимые акценты. И снова пожимаю плечами.
Все начинается хорошо и внятно. Помешанная на современном искусстве старушка Ремплинг выцепляет на базаре прохипованную романтичную деваху Анну, которая рисует очень яркие и очень наивные полотна. И зовет ее в Мадрид – где снимает особняк, в котором клубятся, курят траву-мураву, режут вены,трахаются и немножко шабашат талантливые мальчики\девочки. Вроде бы как уже сюжет для фильма (вспоминаем «Слава» или «Без стыда»). Ну там, первая любовь, порок, базары о Миро и Пикассо. Обязательно прекрасный брунет с телячьим взглядом, тайной в сердце и отличным прибором в штанах. Все волшебно.
Но сложному Медему все это скучно и нелепо. И он внезапно приписывает беспокойной Анне сны и видения, в результате которых мы понимаем, что она очередное воплощение ряда женщин, которые умирают в страшных муках. Начинается расследование, которое приводит уже в совершенные дебри и чреду нелепых приключений. А оставляем мы Анну вообще в очень странных обстоятельствах.
И все это очень красиво, затейливо и очень современно. Такое вот оно медемовское беспокойство.


"Я испытываю огромную гордость этим путешествием, которое дало мне фильм о женщинах. Меня сопровождала моя сестра Анна, которую я очень давно взял за руку, чтобы она могла сделать свои первые шаги. Меня сопровождали верные спутницы — Монтсе и моя дочь Анна. И еще меня сопровождали воспоминания о том, как я впервые увидел, как Мануэла Вельес и Джоселин Пук захотели стать частью этого пейзажа. Пять женщин для «Беспокойной Анны». И все они — матери «хороших мужчин»." — Хулио Медем

promo drugoe_kino april 21, 12:37 1
Buy for 100 tokens
Посмотрел вчера три шикарных картины, все три - криминальные, но совершенно непохожие друг на друга. Начну с наиболее зрительской. ПИРАНЬИ НЕАПОЛЯ - чистый праздник: лихо закрученный сюжет, динамичные съемки и, конечно, мега-харизматичный главный герой, 15-летний парень Нико. Мафия умирает,…

"Персона". Ингмар Бергман, 1966г.
Smile
a_garvey wrote in drugoe_kino


Persona на сайте IMDB.com

Сложнейший фильм, созданный в модернистской манере. Сложности для восприятия начинают создаваться еще до титров, с набора несвязанных между собой кадров (включая появляющийся в кадре на доли секунды эррегированый пенис). Собственно сюжетную линию ведут два актрисы: Лив Ульман, играющая актрису Элизабет Фоглер, оказавшуюся в психиатрической клинике, и Биби Андерсен, в роли медсестры Альмы. Элизабет однажды прямо на сцене во время спектакля перестала говорить, а когда ее доставили в больницу - лежала, в постели почти не двигаясь. Врач в клинике пришла к выводу, что она совершенно здорова, что молчание - ее выбор в связи с психологическими (а не психиатрическими) проблемами, она предлагает пациентке отдохнуть на природе, на берегу моря. Вместе с Элизабет отправляется медсестра, которая должна за ней ухаживать. Отношения Элизабет и Альмы начинают развиваться самым неожиданным образом, причем до определенного момента более сильное влияние идет со стороны актрисы на медсестру.
Фильм - черно-белый, снят большой частью крупными планами, так что лица актрис всегда в центре внимания. Соответственно в большой степени уровень фильма определяется игрой Ульман и Андерсен.
Ключевая сцена - "диалог" актрисы и медсестры, в котором озвучивается история психологической проблемы Элизабет. "Диалог" в данном случае - понятие условное, ибо говорит по прежнему только Альма, но Бергман применил необычный прием: сцена показана дважды, сначала в кадре только лицо актрисы, а затем - только лицо медсестры. Как результат мы видим "разговор" в виде эмоций на их лицах.
Сложное развитие сюжета, неожиданность поступков героинь в комплексе с "посторонними" вставками сбивают ощущение реальности, не дают анализировать, заставляют воспринимать фильм на уровне чувств. А "разорванная" концовка фильма наоборот возвращает к будничной реальности, оставляя, правда, зрителям самим догадываться о том, что дальше происходит с героинями.

Рекомендовать фильм могу только тем, кто готов к восприятию не как к получению готового продукта, а как к сложной работе. Желательно, к тому же, именть представление как о манере Бергмана, так и о кино 60-х вообще.