July 10th, 2007

убери камеру

1408, Based on short stories by Stiven King

США, 2007
Режиссер Микаэль Хофстрем
В ролях Джон Кьюсак, Сэмюэл Л.Джексон, Мэри МакКормак, Лен Кариу, Ким Томсон, Кейт Уолш
(дублированный)

    Однокомнатный хорор, практически без звукового нагнетания ужаса, ужасных рож и всякого рода страшной слизи рептилий, лишь тот страх, которых рождается у тебя в голове от увиденного.Тонкая задумка режиссера, что весь ужас порождаешь сам, лишь твой мозг дорисовывает всю картину целиком, все как у дядюшки Кинга.
    Писака (Джон Кьюсак) считающий себе бесстрашным, гоняет по отелям Северной Америки и селится в номерах, где когда-то кто-либо умер. Ищет паранормальные явления, не находит, пишет главу в книге , чем добавляет популярности отелю и снова грустит.
    И тут приходит ему открытка: Отель «Дельфин»с текстом: не входи в комнату 1408. Оп, и он мчится в этот отель, проходит все препятствие в виде менеджера отеля (Сэмуэл Л. Джексон) и селится в него.
    Что дальше? Смотрите сами, я все сказала, но может не до конца все поняла.

З.Ы. В последним кадре улыбка Кьюсака похожа на улыбку Джоконды. Что бы это могло значить?
promo drugoe_kino july 15, 2019 16:23 1
Buy for 100 tokens
Начинание прошлого года не оказалось единичной акцией, и вновь московское лето украшает отличный Кинофестиваль на Стрелке с ОККО. Старт уже в эту пятницу, 19 июля. Последний сеанс в воскресенье, 28 июля. Каждый вечер в летнем кинотеатре на Стреке будем смотреть один, а где и несколько фильмов.…
1
  • vbv

Проверка на дорогах (1971)

Алексей Герман, будучи еще совсем молодым режиссером, снял выдающийся фильм о войне. Лишенный артиллерийского эпического размаха, фильм снайперски бьет в цель (зрительское сердце) точечными выстрелами. Фильм снят по военной прозе Юрия Германа и посвящен теме предательства и дезертирства, теме настолько болезненной и острой, что основательно касались ее немногие, — сейчас припоминаю только повесть Валентина Распутина "Живи и помни", да рассказ Василя Быкова "Сотников", экранизированный в 1978 году Ларисой Шепитько (фильм "Восхождение"). А ведь сколько было русских "предателей", не полегших костьми на полях сражений, "слишком" захотевших жить, сдавшихся в плен нацистам, выживших в немецких концлагерях, — чтобы в послевоенные годы мучительно выживать в концлагерях советских. Есть какая-то жуткая закономерность в том, что фильм Германа, пленяющий зрительские сердца, сам отправился в "концлагерь" — лёг на полку и пропылился там пятнадцать лет.

Обрисовывая перед зрителем главную нравственную дилемму фильма — возможность/невозможность искупления вины, Алексей Герман предельно честен. С самого начала он выносит суровое обвинение главному герою картины. Фильм начинается с того, что бывший старший сержант Лазарев, состоя у нацистов на службе, поливает керосином огромную яму, наполненную картошкой — это единственная пища, оставшаяся у жителей деревни перед началом зимы. Картинка говорит сама за себя (и, по мнению маэстро Хитча, этого было бы достаточно), но Герман снабжает ее закадровым текстом. То бишь, усугубляет. Гениальность же сцены в том, что текст произносится не диктором с хорошо поставленной драматической речью, как это бывает обычно в кино, а "гласом народа". И не гласом даже, а невнятным бормотанием какой-то местной бабки. Которая, причем, не обвиняет Лазарева, а так, жалуется на жизнь, судьбу, вспоминает, что было. Убийственная правдоподобность заключена в этой беззлобности, мягкосердечии, доброте простого человека, и тем чудовищнее выглядит поступок Лазарева. Collapse )

Stranger than fiction («Персонаж»)

Режиссер: Марк Форстер
В ролях: Уилл Феррелл, Мэгги Гилленхаал, Дастин Хоффман, Куин Латифа, Эмма Томпсон и др.
2007 год

В прошлом году, или это было года два назад, точно не помню, посреди мощного великолепия блокбастеров и триллеров выделялся фильм под названием «Волшебная страна». Фильм о мечте, сказке, вере, с великолепным Дастином Хоффманом в роли занудного директора театра. В этом году тот же режиссер преподносит нам подарок не хуже, с тем же Хоффманом в не менее интеллектуальной роли литературного критика. Находка – отводить ему роль второго плана. Они с Форстером, похоже, нашли друг друга, тем более что Дастин согласился на роль критика, даже не читая сценарий, по старой дружбе, в чем признался после в одном из своих интервью.
В нашем прокате фильм называется «Персонаж». Я бы перевела словосочетание «Stranger than fiction» как «Специально не придумаешь» или, если совсем огрубить, «Круче, чем литература». А что может быть круче литературы? Что не поддается вымыслу и живет по собственным законам? Да сама жизнь. И если ставить вопрос: «Литература или жизнь?», то авторы фильма отвечают однозначно: «Второе»! И они, несомненно, правы.
Писательница, страдающая депрессивными настроениями (Эмма Томпсон), работает над романом о Гарольде Крике, не подозревая, что персонаж ее книги живет с ней в одном городе. Гарольд Крик (Уилл Феррелл), сотрудник налогового управления, также не в курсе, что его судьба предрешена. И вот, однажды утром, он слышит женский голос, который сообщает, точнее отстраненно комментирует, что его ждет смерть. Литературный критик (Дастин Хоффман), к которому герой обращается за помощью, советует ему разобраться, в какой жанр он попал. «Если вы попали в трагедию, то в конце умрете, если в комедию – женитесь». Разумней развивать комедийную линию жизни.
Каким же образом совпали два этих параллельных мира? Рассчитанная по минутам, скучная жизнь Гарольда неожиданно соединилась в какой-то точке с повествованием Карен Эйфель возможно для того, чтобы совершенно изменить миры и героя и автора. Подавленная одиночеством и озлобленная творческим кризисом, писательница все свободное время проводит в реанимациях, наблюдая за умирающими, под дождем на улице, в ожидании автокатастроф, или на крышах небоскребов, представляя, как холодный ветер будет касаться ее лица при падении. В жизни нет ничего интересного. Осмысленной и прекрасной ее может сделать лишь смерть. И она придумывает великолепную смерть для своего героя, ироничную, красивую. Смерть достойную великой трагедии. Так что Гарольду Крику некуда деваться. Вряд ли кто-либо еще сможет предложить ему такой прекрасный конец. Однако, встреча с живым человеком, а писательница и ее персонаж встречаются, многое меняет в мировоззрении мисс Эйфель. Она соглашается стать второстепенным, неплохим, но далеко не великим писателем, занять скромную позицию в английской литературе, потому что человек того стоит.

Так не позволим же трагедии овладеть нами, ведь от этого, возможно, зависит чья-то жизнь.