Андрей Першин (andrew_pershin) wrote in drugoe_kino,
Андрей Першин
andrew_pershin
drugoe_kino

where the wild things are, 2009.



"там, где живут чудовища"

Оговорюсь сразу,- последней "Алисы" не видел, но сказка эта выдержала достаточное количество изданий, переводов, экранизаций и т.д., чтобы стать вполне самостоятельным и опознаваемым явлением. Поэтому я не ставлю перед собой задачи критики "Алис", но, напротив, рассчитываю опереться на эту сказку, как на вещь каждому знакомую. Сравнительный подход оказывается выгоден еще и тем, что читатель, кем бы он ни был, всегда может учесть особенности языка и направления мысли автора, когда тот принимается за новый предмет, если читатель крепко уверен, что знаком хотя бы с первой половиной.

А речь пойдёт о фильме Спайка Джонза,- "там, где живут чудовища" (where the wild things are, 2009 г.)

1. Мне нравится "Алиса", но это никогда не мешало мне думать, что это скорее косметически рационализированный (пишут,- опиумный) бред, а не реальность, доведенная до абсурда. Разница в направлениях, в субстрате. "Алиса" стремится к регулярным выражениям действительности, как бы нашаривая привычные жесты и вещи в своём тесном "дыму", а не отходит от них. "Алису" непрерывно "несёт", тогда как герой "Чудовищ", напротив, истово стремится сдвинуть что-то важное в новом мире и для него. (Подобные мотивы закругляют и обе части Алисы, но они никак не служили поводом их написания, и только удобнее встраивают в современные автору литературные условности то новое, что безусловно содержится в "Алисах") Итак, в "чудовищах" неявно присутствует вера в сознательный произвол, в плодотворный союз творческих и этических сил человека. Такая внутренняя убежденность могла бы показаться в XXI веке архаичной, если бы не смотрелась так натурально, а значит и самостоятельно.

2. Архитектура аллюзий, символов, мифов оказывается разрозненной, рвущей любую повествовательную поверхность а "Алисе". В неё упираешься при каждом свободном движении. Что лишний раз подтверждает её репаративную, нацеленную на самосохранение природу (см. п. 1). Но в "Чудовищах" знаки заглублены до уровня мифологий, эффективно сближаются и взаимно прорастают друг в друга. Мифология – оживляется, быт – мифологизируется. И всё это происходит под лицевой стороной самодостаточной сказки, относится скорее к её "мышлению", чем к механике.

3. Мы никогда не узнаем, какова в действительности "кроличья нора", и значит это не важно, либо не важно само узнавание.
Кэрролл – это затруднение речи, синтаксическая апория. Даже этика в "Алисе" низводится к синтаксису. Это возможно лишь в условиях самой обобщенной чувственной базы, либо в таких, где она вовсе не имеет значения.
В "чудовищах" всё иначе. Противоречивым, но познаваемым, проблемным является именно чувство, сбросившее оковы переменчивых норм человеческого общества, но не самой человечности. Фантастическое всегда несамостоятельно, оно опирается на что-то реальное, в этом смысле являясь функцией этого реального. Потому в чудовищах фантастична именно человечность, гуманность, тогда как в "Алисе"- попытка среднего, норма.
Нагромождение предметов Кэрролла уволит еще далее в абстракции нагромождения. Но невозможные "предметы" "чудовищ", напротив, способны вернуть человека к допредметному (довербальному), теснейшему соприкосновению с миром.

4. За исключением "Пера Гюнта", трудно отыскать достойный пример, когда в качестве фаэри фигурируют тролли. Но "Чудовища" — это положительный пример как фаэри, так и троллей, образ которых слишком часто подают в редуцированном виде (ср., например, - "Хоббит").


5. Да, это почти Волшебная Сказка (в смысле известного эссе Толкина), история, прожитая и рассказанная без опоры на опыт реальных путешествий, на механику сна, на "сказки о животных в чистом виде".
"Чудовища" отшатываются от прототипов ремесленной "детской сказки" дальше и сильнее Алисы, которая все еще застывает на полпути, отягощенная разнородными, яркими образами, удачно и повсеместно конвертируемыми уже за счет своего количества, но не скрепленными единым (сверх)чувственным порывом.
Легко оценить это новое расстояние в терминах "перформативного" искусства, а именно опираясь на географическую доминанту излома – между "вторичной верой" и "мгновенным добровольным отказом от недоверия" – в обобщенном пространстве чудесного. Кажется, что такой излом однозначно разводит "чудовищ" с "Алисой".

6. Итак, сказочный мир "чудовищ" раскрыт навстречу вниманию зрителя, которому предоставляется известная свобода в выборе масштаба и ракурса, невозможная в "Алисе", где литературное отождествление с единственной героиней, конечно, навязывается. Поэтика большинства сцен - попросту недоступна мальчику, а нравы и коллизии острова – далеко выходят за пределы инфантильной ответственности, естественно ограничивающей фантазию детей.

--------------
в оформлении сообщения я использовал картины Теодора Киттельсена, преемственность, вернее совместность эстетики "чудовищ" – очевидна, а резать хорошие фильмы не люблю.

.
Subscribe
promo drugoe_kino july 15, 16:23 1
Buy for 10 tokens
Начинание прошлого года не оказалось единичной акцией, и вновь московское лето украшает отличный Кинофестиваль на Стрелке с ОККО. Старт уже в эту пятницу, 19 июля. Последний сеанс в воскресенье, 28 июля. Каждый вечер в летнем кинотеатре на Стреке будем смотреть один, а где и несколько фильмов.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments