Дедушка Че (zaverku) wrote in drugoe_kino,
Дедушка Че
zaverku
drugoe_kino

Category:

Выиграть нельзя, остаться при своих нельзя, выйти из игры тоже нельзя

 Первый раз австрийскую версию Забавных Игр я смотрел году в 98-м, практически сразу после выхода на экраны. Прошло больше десяти лет и, как это обычно бывает, мне в руки попал диск с американской версией этого же фильма. Удивился, как и большинство – зачем режиссёру переснимать свой же фильм. 
 
Посмотрел.
 
Воспоминания о той версии. Впечатление о новой. И непроходящее ощущение, что, вроде бы всё тоже самое, но фильм другой. Неуловимо, но другой... И, по ощущениям, более сильный, чем его европейский аналог. Чтобы понять в чём дело, я запустил два фильма параллельно на двух мониторах. И всё стало на свои места...
 
До того как перейдём к разбору фильма, давайте обсудим, зачем это понадобилось Ханеке. Зачем режиссёр снял копию своего же фильма?
 
Мне кажется, что причин несколько. 
 
Во-первых, видимо, поступило такое предложение от продюсеров. И почему бы не повторить всё тоже самое, если за это платят деньги… но это не главное.
 
Во-вторых, никто не возмущаяется, когда театральный режиссёр приезжает в другой город и ставит свой спектакль в другом театре, с другой труппой, с другим художником-постановщиком, другими осветителями, не говоря уже об актёрах. Благодарная публика идёт и на этот спектакль, сравнивает его с предыдущими постановками. Это нормально. Не говоря уже о том, что зрители снова и снова ходят слушать классическую музыку в исполнении одного и того же музыканта, находя всё новые и новые оттенки в исполнении. Пожалуй, Ханеке первый, кто решился на такой шаг в кино.
 
В-третьих, в своё время режиссёр запретил переводить фильм на английский, заставляя бедных немногочисленных американских зрителей читать титры. И, видимо, он был прав. Любой автор знающий язык, на который переводят его произведение, обычно недоволен переводом. Набоков, например, сам переводил свои произведения на английский или, наоборот, на русский. И получал в результате два разных произведения.
 
И самое главное, по-видимому, заключается в том, что в Ханеке живёт непреодолимая жажда к совершенству. Для режиссёра, смонтированный и выпущенный в прокат фильм – отрезанный ломоть с которым уже ничего не поделаешь. Замечаешь недочёты, видишь, что можно было бы исправить, знаешь, как усилить эффект, а уже не можешь… Обидно, да? А тут такой шанс…
 
Не верьте тому, кто говорит, что американская версия это покадровый римейк австрийской. Это неправда. Римейк-то,  римейк, но не покадровый, а, скорее, посценный. Сцены действительно совпадают, но решение каждой сцены, компановка кадра, ракурсы и, естественно, игра актёров значительно отличаются. Выпустив вторую версию, Ханеке, по сути, создал незаменимое пособие для киношкол по всему миру.
 
Итак, играем в игру Найди отличия…
 
Операторская работа. 
 
Юрген Юргес – оператор немецкой школы, который работал с Вимом Вендерсом, в том числе. Он работает в типичной манере, которую не спутать с другими. В активе Дарьюса Хонджи работа и Сидни Поллаком, и Романом Поллански, и Дэнни Бойлом. После работы с Ханеке, он работал с Вонг Кар Ваем над фильмом Мои Черничные Ночи . Это более гибкий оператор , с одной стороны, а с другой – имеющий чёткое представление о том как надо снимать для американской публики.

 
Общее цветовое решение.

 
Особенно видна разница в интерьерных съемках. Основные цвета интерьеров в австрийской версии – жёлтый и коричневый. Дом, в котором происходит действие – старый, деревянный. Мебель в доме, как и у всех на даче – старая, побитая жизнью. Зло входящее в этот мир, входит в устоявшийся традиционный мир европейского бюргера, разрушая и уничтожая его. В американской версии – дом новый и цветовая гамма – бело-синяя. Новая мебель, чистота, порядок – обеспеченный средний класс. Происходит разрушение не традиций, а только-только обретенного покоя и гармонии. Разница ментальностей – европейской и американской диктует и различные подходы к общему декоративному решению.




 
Режиссёрское переосмысление
 
Язык и ментальность будущего зрителя, уже упомянутая жажда совершенства толкают Ханеке к тому, что часть сцен американской версии кардинально отличаются от австрийской. 

 
Всё начинается с титров. В австрийской версии Жоржик-младший, едя в автомобиле несколько напуган, он как бы предчувствует надвигающуюся беду. Он единственный, кто не рад поездке. В американской же версии, на этих же кадрах мальчик улыбается. Он доволен и не ждёт ничего страшного от предстоящего уикенда. Тут надо отметить, опять же, разницу между европейцами и американцами, которая будет заметна на протяжении всего фильма.  У американцев, что интересно, переход между эмоциями сопровождается улыбкой. Растерянность – улыбка. Непонимание – улыбка. Переход от удивления к страху тоже проходит через мимолётную улыбку. Улыбка как гримаса-паразит…


 
Знаковым можно считать и переосмысление сцены встречи с соседями. В австрийской и американской версиях они сняты совершено по разному. В австрийской – автомобиль героев останавливается возле забора соседей. Фигурки соседей и парней в белом вдалеке, но на одном уровне с дорогой. Между нашими героями и людьми на полянке – ворота закрытые на замок. Подобное расположение персонажей можно трактовать как равенство в социальном положении и закрытость личной жизни соседей друг от друга. В американской версии автомобиль оказывается выше, чем фигурки на поляне, а на воротах нет замка. И ворота, в свою очередь, не массивные, а скорее декоративные. Мы понимаем, что несмотря на кажущуюся простоту отношений, наши герои в социальном плане ощущают себя выше соседей, и намного выше, совсем им неизвестных пока молодых людей.


 
Казалось бы мелочь, но расположенная по другому машина в сцене с мёртвым псом и кадр, в котором труп собаки вываливается не из задней пассажирской двери, а из дверцы багажника делает её более страшной и выразительной. Да и замена овчарки на собаку менее агрессивной породы прибавляет моменту трагичности. Овчарка, как ни крути, а сторожевая собака, способная отстоять своего хозяина, сеттер – безобиден по определению и никакого вреда принести не может, даже напугать не способен. Убийство сеттера – акт откровенной немотивированной и избыточной жестокости. 

 
На протяжении всего фильма режиссёр акцентирует внимание зрителей на предметах, которые будут использованы в дальнейшем. Ножи, ружьё… В австрийской версии сумка с клюшками для гольфа показана только однажды. В американской же, видимо, для того чтобы лишний раз акцентировать внимание, сцена на кухне с мальчиком и мамой снята таким образом, что на заднем плане на протяжении всей сцены зритель видит сумку с клюшками. Видит и понимает, что вот сейчас, буквально через несколько минут клюшки пойдут в дело.

 
В фильме есть одна сцена, которая подчёркивает, что действие в австрийском и американском фильмах происходит в разное время. Толстый коротает время переключая каналы телевизора. Сменяются кадры наводнений, катастроф, стихийных бедствий. Наконец Толстый находит интересный ему канал, на котором показывают автомобильные гонки. В 1997 и 2007 вроде бы по телевизору показывают одно и тоже. Но в версии 1997 на одном из каналов, оказывается фильм ужасов, где фоне голубого неба куда-то убегает семья. В 2007 году вместо бегущих людей, на экране Путин В.В. Что хотел сказать режиссёр? :)

 
Мы ограничены количеством слов, поэтому не будем останавливаться на остальных сценах, но отметим, что хронометраж двух версий не совпадает. При том, что практически каждая сцена в американской версии длиннее, чем в австрийской, разница во времени составляет всего пять минут. Такой небольшой разрыв объясняется тем, что те сцены, которые требуют актёрской игры, в американской версии сокращены до предела. Американские актёры, в массе своей, какие бы они хорошие и старательные не были, к сожалению, не умеют передавать психологизм роли, не используя подручный материал. Это не хорошо и не плохо. Просто разная актёрская школа…
 
И тут, конечно же, необходимо перейти к сравнению игры актёров в двух версиях. При том, что контраст разительный, сказать однозначно, кто сыграл лучше, а кто хуже невозможно. Именно игра актёров окончательно превращает две интерпретации одного сценария в два различных фильма.

 
Начнём, пожалуй, с Пауля и Петера, они же Тонкий и Толстый, Бивес и Бадхед, Том и Джерри или проще подонки в белых перчатках. На мой, субъективный, взгляд подбор актёров для исполнения ролей в американской версии лучше. Подонки – 2007 гораздо страшнее себя же образца 1997 года. Майкл Питт и Брэйди Корбет  страшнее своей чрезмерной, на первый взгляд, положительностью. Вежливые, немного застенчивые, с припухшими губками, чистенькие, типичные представители молодёжи из высшего общества. Частная школа, престижный колледж, элитный университет сквозят в их поведении и манерах. Арно Фриш и Франк Гиринг не были похожи на мальчиков-мажоров. Всё-таки плебс, хоть в поло и белых перчатках.



Пауль в исполнении Арно Фриша – порочен изначально и зритель это видит. Неискренняя улыбка, колючий взгляд тёмных глаз, короткая стрижка уголовника – это настораживает. В сцене знакомства с Анной, его герой постоянно скрещивает руки на груди. Практически весь диалог он ведёт со скрещенными руками. Он закрыт, что-то постоянно скрывает и это настораживает и героиню, и зрителей… 


 
Поль Майкла Пита, напротив, открыт и благожелателен до поры до времени. У него искренняя улыбка, а скрещенные руки можно заметить только один раз и то мельком и в тот момент, когда он перемещается, как бы, выпадая из кадра. Только глаза остаются всё время по-гестаповски пустыми и холодными. И тем страшнее и неожиданней оказывается переход, когда он с той же открытой улыбкой угрожает оторвать яйца герою Тима Рота. И это кажется недоразумением и рождает первую иллюзию, и у героя фильма и у зрителя, что это какая то ошибка, со злом будет быстро покончено и наши победят… 

 
Кого невозможно сравнивать, так это героев в исполнении Ульриха Мюэ и Тима Рота. Это два совершенно разных персонажа. Георг Ульриха Мюэ воспитан в немецкой традиции. Он стыдится своих чувств и даже оказавшись обездвижен он сохраняет видимое спокойствие. Он раздавлен. Сломлен. Но старается этого не показывать до самого конца. Он – глава семейства, пример для сына и должен сохранять достоинство, чтобы ему это не стоило. Для него очень тяжело попросить жену раздеться. Тяжело, практически невозможно. Только страх за сына заставляет его это сделать. Джордж Тима Рота более мягкий. Он сдаётся первым, уходя в самокопание и собственные переживания, виня себя в происходящем и мечтая умереть как можно быстрее.


 
Звездой Забавных Игр образца 1997, несомненно, является Сюзанна Лотар. На ней держится весь фильм. Она умеет играть и, что немаловажно, не боится быть некрасивой. Лотар не играет, она живёт в кадре. Живёт и проживает 12 часов, превращаясь из холёной респектабельной, выглядящей моложе своих лет хозяйки жизни в запуганное, забитое, постаревшее на сотню лет существо. 



Кульминационная сцена фильма, когда героиня Лотар идёт…бредёт, даже не бредёт, не ползёт… (Я так и не смог подобрать слова, чтобы описать это передвижение) не уверенно перебирая ногами по тёмной аллее. Создаётся, просто непереносимое ощущение, что она несёт на своих плечах многотонный груз пережитого в эти несколько последних часов. Сцена довольно тёмная, и зритель даже не видит, а чувствует насколько тяжело ей даётся каждый шаг. А каждый шаг это смена настроения – надежда, осознание бессмысленности, желание упасть, ответственность за мужа, горе от утраты ребёнка, страх, боль… 



Проходит несколько минут и  мучители привозят Анну снова домой. Бросают на диван с кляпом во рту. Здесь Ханеке демонстрирует самый страшный и самый натуралистический во всём фильме кадр. Крупный план героини Лотар с кляпом во рту… Кадр насколько отвратительный, настолько необходимый и символический.

 
В американской версии режиссёр не может себе позволить сотворить такого с Наоми Уотс. Во-первых, есть голливудские каноны, которыми нельзя пренебрегать даже в самом провокационном фильме, а во-вторых, Наоми Уотс – один из продюсеров фильма, а издеваться над продюсером, как-то уж, совсем не прилично. Вот и приходится связанную по рукам и ногам Наоми выкладывать в кадре так, чтобы зритель мог во всей красе любоваться красивым телом актрисы. А на крупных планах видно, что после всех издевательств героиня остаётся всегда с тщательно уложенной прической из идеально вымытых блестящих волос и аккуратным макияжем на лице.

Уотс – женщина, конечно, красивая, но как актриса значительно уступает Сюзане Лотар и в результате в американской версии доминирование отрицательных персонажей оказывается полным и окончательным, что делает фильм, с одной стороны, более прямолинейным, но, с другой - и более кошмарным…

 
И кто-то будет утверждать, что фильмы идентичны?
 
P.S. И всё таки время играет злую шутку над режиссёром. В 1997 году один мобильный телефон на семью было нормой. В 2007 в семье среднего достатка, состоящей из трёх человек, не может быть меньше четырёх телефонов – по одному на каждого члена семьи и, по крайней мере, один корпоративный у главы семейства. И безответный вопрос, куда же они подевали остальные телефоны, не то чтобы портит впечатление от фильма, но как-то смущает и отвлекает от просмотра…
Subscribe

promo drugoe_kino july 15, 2019 16:23 1
Buy for 100 tokens
Начинание прошлого года не оказалось единичной акцией, и вновь московское лето украшает отличный Кинофестиваль на Стрелке с ОККО. Старт уже в эту пятницу, 19 июля. Последний сеанс в воскресенье, 28 июля. Каждый вечер в летнем кинотеатре на Стреке будем смотреть один, а где и несколько фильмов.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments