«ФРАНЦИЯ», Франция, 2007г.
.
Аллегорический фильм о стране, которая капитулировала. Разложилась, потеряла лицо, сдрейфила, драпанула, дезертировала.
У режиссера капитуляция вызывает сильный внутренний протест, поэтому он старается уколоть больнее, чтобы очнулись и ужаснулись. В ход идут самые главные символы, последние аргументы: Жанна д’Арк и Великая (Первая мировая) война – последняя война, в которой Франция сражалась и победила.
У некогда великой истории бесславный конец, право первородства продано за чечевичную похлебку и страна движется «по направлению к Бельгии», или Голландии (не Голландия гёзов, а маленькая страна под сапогами великих держав).
Дополнительную (и намного более понятную нам, чем французам) обличительную энергию придают фильму ссылки на советское кино времен Великой Отечественной войны. Как и в случае с Жанной, это минус-прием, доказательство ведется от обратного. Советским образцам - солнечным, ясным, победительным, музыкально-военным фильмам противопоставлено кино темное, анемичное - во всем противоположное. Главная героиня (девушка остригла волосы, переоделась в мужское платье и отправилась на войну в поисках мужа) рифмуется с кавалер-девицей Надеждой Дуровой, героиней Отечественной войны 1812 года и с известной пьесой 1940-х годов «Давным-давно» и с «Сыном полка».
Французам же более понятен финальный символ, песенка, которую во время фильма несколько раз исполняли герои, на титрах звучит уже по-английски. Акт о безоговорочной капитуляции подписан на английском языке (тут очень уместно вспомнить Week-end Годара).
Когда девушка, убежавшая на войну, встречает группу солдат и они долго бродят в сумерках по лесам без видимой цели, возникает предположение, что это призраки, все эти солдаты убиты. От этого предположения возникает красивая ссылка на миф об Орфее (в зеркальном отражении). Эвридика идет в царство мертвых, чтобы вызволить оттуда любимого, Орфея, погибшего на войне (не случайно убитые солдаты составляют музыкальный ансамбль).
Однако все оказалось гораздо хуже, они не убиты, они дезертиры (тоже солдаты-призраки, но только в переносном смысле). Струсили они в тот момент, когда потеряли первого товарища (может быть это его ищет девушка?) Но и дезертирство не уберегло взвод от потерь.
Минус костёр.
Однако заканчивается всё хорошо. Минус-Жанна попадает не на костер, а в постель. Она встречает своего мужа, который сдался в плен, потом бежал из лагеря в Бельгии (солдаты стремятся «туда», а он уже «оттуда»).
Поцелуй Постельная сцена в диафрагму, happy end.
Правда есть еще титр, до Голландии те солдаты так и не дошли.
В этом есть высшая правда, Франция слишком велика, чтобы стать Голландией.
Аллегорический фильм о стране, которая капитулировала. Разложилась, потеряла лицо, сдрейфила, драпанула, дезертировала.
У режиссера капитуляция вызывает сильный внутренний протест, поэтому он старается уколоть больнее, чтобы очнулись и ужаснулись. В ход идут самые главные символы, последние аргументы: Жанна д’Арк и Великая (Первая мировая) война – последняя война, в которой Франция сражалась и победила.
У некогда великой истории бесславный конец, право первородства продано за чечевичную похлебку и страна движется «по направлению к Бельгии», или Голландии (не Голландия гёзов, а маленькая страна под сапогами великих держав).
Дополнительную (и намного более понятную нам, чем французам) обличительную энергию придают фильму ссылки на советское кино времен Великой Отечественной войны. Как и в случае с Жанной, это минус-прием, доказательство ведется от обратного. Советским образцам - солнечным, ясным, победительным, музыкально-военным фильмам противопоставлено кино темное, анемичное - во всем противоположное. Главная героиня (девушка остригла волосы, переоделась в мужское платье и отправилась на войну в поисках мужа) рифмуется с кавалер-девицей Надеждой Дуровой, героиней Отечественной войны 1812 года и с известной пьесой 1940-х годов «Давным-давно» и с «Сыном полка».
Французам же более понятен финальный символ, песенка, которую во время фильма несколько раз исполняли герои, на титрах звучит уже по-английски. Акт о безоговорочной капитуляции подписан на английском языке (тут очень уместно вспомнить Week-end Годара).
Когда девушка, убежавшая на войну, встречает группу солдат и они долго бродят в сумерках по лесам без видимой цели, возникает предположение, что это призраки, все эти солдаты убиты. От этого предположения возникает красивая ссылка на миф об Орфее (в зеркальном отражении). Эвридика идет в царство мертвых, чтобы вызволить оттуда любимого, Орфея, погибшего на войне (не случайно убитые солдаты составляют музыкальный ансамбль).
Однако все оказалось гораздо хуже, они не убиты, они дезертиры (тоже солдаты-призраки, но только в переносном смысле). Струсили они в тот момент, когда потеряли первого товарища (может быть это его ищет девушка?) Но и дезертирство не уберегло взвод от потерь.
Минус костёр.
Однако заканчивается всё хорошо. Минус-Жанна попадает не на костер, а в постель. Она встречает своего мужа, который сдался в плен, потом бежал из лагеря в Бельгии (солдаты стремятся «туда», а он уже «оттуда»).
Правда есть еще титр, до Голландии те солдаты так и не дошли.
В этом есть высшая правда, Франция слишком велика, чтобы стать Голландией.