Екатерина (katerina_lo) wrote in drugoe_kino,
Екатерина
katerina_lo
drugoe_kino

Category:

"Дикое Поле" - Михаил Калатозишвили - Самая Суть

«Самая суть»

Оригинальное название: Дикое поле

Год выпуска: 2008

Жанр: Драма

Выпущено: Россия

Режиссер: Михаил Калатозишвили

В ролях: Олег Долин, Даниела Сроянович, Александр Ильин, Александр Ильин мл., Роман Мадянов, Юрий Степанов, Ирина Бутанаева, Александр Коршунов, Юрис Лауциньш, Петр Ступин

 

Наверняка после просмотра картины многие зрители зададутся вопросом почему какой-то старый бомж, непонятно откуда взявшийся и зачем-то сидевший на горе, убивает героя ножичком в живот. Чтобы точно все понять, необходимо тщательно разобрать этот эпизод.

В первоначальной сценарной версии картины было прописано, что доктор вешает черную тряпку, которая развивается как черный флаг и после этого-то и приходит некий «фатум» и убивает его. Но режиссер картины изменил первоначальную версию и внес очень тонкие и сильные вещи, которые несомненно подняли картину на более высокий символический уровень. Доктору по логике уже снятого фильм (без всяческих там сценариев и первичных подработок), по логике которую прочерчивает режиссер, не имеет смысла вешать «черный флаг», как и говорить «забери меня отсюда». Наоборот, вполне сознательно, когда флаг с медицинским крестом срывает ветер после ночи спасения казахской девчушки и ее возлюбленного, доктор Дмитрий вполне сознательно заменяет сорванный флаг с крестом на «себя» - на часть себя – свою, заметим не черную а серую, рубаху.

 

1 – почему он вешает рубашку, ведь мог взять и простынь, или действительно любую тряпку, однако вполне сознательно вешает именно рубашку?

Ответ прост: ведь доктор символ спасения живущих в этом «диком поле». Часть его – рубашка – есть он сам – это художественный прием: часть вместо целого. И доктор сам становится чрез этот акт этим сиволом спасения, каким был флаг. Заметим, что флаг с крестом красным был раньше – т.е. заменяя его доктор как бы принимает крест (распятье даже). И как к распятому к нему приходит бог – именно бог, а не фатум, ведь Христос был убит самим богом ради спасения рода человеческого, что собственно (спасает) и делает доктор на протяжении всего фильма.

Флаг у доктора новый никак не мог быть черным, ибо никакого состояния отчаянья у героя нет. Михаил Калатозишвили очень тонко переработал сценарий и сделал из какого-то простого фатума акт жертвоприношения. Сознательное принятие креста (пусть и через подмену флага с ним на собственную рубашку) и есть жертвоприношение себя – символичное.

Можно задаться вопросом: ради чего доктор принимает сей крест? Ради искупления людей и ради того, чтобы они вырвались из того забвения, в котором живут. Можно только порадоваться, как тонко на основе какого-то там сценария режиссер создает собственное прочтение (а иначе зачем он вообще на площадке) изобилующее смысловыми аллюзиями на такую классику, как Библия.

Еще раз присмотримся: перед утром, когда доктор повесит новый флаг, мы видим бурю – в каноническом Евангелии буря следует после распятия, но так как аллюзию еще нужно и завуалировать, чтобы не торчала как рога, то ненастье предшествует основным событиям – повторение метафор «в лоб» - это не уровень Калатозишвили. Буря работает в его построении как на символическое прочтение картины, так и на сюжет – без лишнего мистицизма.

Никакого поднимания «тряпки из грязи» в фильме нет – доктор берет собственную рубашку и навязывает ее как полотнище флага, при этом оптимистично напевая: «Ты ли меня, я ли тебя помнить буду? Рядом со мною ты в боях» - Дмитрий вполне воодушевленно воспроизводит мотив. Строки, которые мы слышим, опять же говорят о памяти: о том кто рядом в памяти будет – некое символическое второе лицо. Кто может быть этим символическим лицом, которое будет всегда рядом? В подобном контексте речь идет о боге, который кстати в фильме предан забвению как и сами люди (оттого и имеет такой неприглядный видок). Забывание бога вообще неоднократно повторяется в различных эпизодах картины.

Герой принимает распятие и понимает: «Во далеких во далеких краях» - что окажется в каком-то другом крае. Это как не видимый на первый взгляд прямой транслит видео и звукоряда. Если в сценарии речь шла о том, что невеста героя выходит за иностранца, то в картине переработанной режиссером этого нет и оттого напеваемые слова принимают совсем иное прочтение – заложенное создателем фильма.

Совершая символическое распятие – поднимая флаг из собственной рубашки вместо кровавого креста – герой сразу же замечает холм на котором стоит некто: этим подчеркивается неразрывная связь флага и тем, кто на холме. Даже то, что Дмитрий сидит на подоконнике, пока этот неизвестный идет к нему в дом, подчеркивает что герой уже находится между небом и землей (он ведь ногами уже не на земле-матушке, а на фоне неба в окне). И естественно после распятия герой может теперь уже увидеть бога – поэтому сразу же к Дмитрию и приходит ужасный изгнивший человек.

Как я уже писала в рецензии – бог у режиссера это яростное высказывание автора о том до чего доведен русский человек. Ведь бог – это отражение в первую очередь людей, и наоборот. Бог тут изъеден язвами и словно несет отпечатки всех бед и скорбей русского человека. Бок, где сердце, почти сгнил. И теперь сам доктор пытается вылечить бога – своей жертвой спасти веру… Поэтому совершенно оправдана аллюзия на Христа-спасителя, ведь суть профессии врача спасать.

Смотрим внимательно: после наложения повязки Дмитрий идет во двор и говорит: «Вот тебе и ангел» - сразу же перед нами кадр с тенью флага на песке во дворе. Такое наложение звукового и визуального ряда можно читать напрямую – как фразу об ангельской сути самого доктора, носившего эту рубаху-флаг. Ангельская суть, а точнее божественная.

После этого бог сразу же протыкает Дмитрию живот и убегает. Я уже писала, что такая рана – точная аллюзия на Христа. И вот перед нами выразительный мизанкадр: тьма дома с закрывающейся за Дмитрием дверью, как реальность жизни из которой уходит Дмитрий; солнечный свет в лучах которого герой падает во дворе и уходящий бог. Получается, что приняв бога (через страдание) герой оказывается в ином свете – солнечном.

Такие тончайшие аллюзии на спасителя и этот бездуховный ужас и смрадность самого заброшенного бога  очень тонко вплел в свою картину Михаил Калатозишвили. Дальше лошади в доме Дмитрия – это давний символ смерти, но как и Христос, Дмитрий воскресает в лучах солнца.

 

Дополнение к рецензии Екатерины Лоно.

Tags: 2008, Дикое поле, Михаил Калатозишвили
Subscribe

promo drugoe_kino июль 15, 2019 16:23 1
Buy for 100 tokens
Начинание прошлого года не оказалось единичной акцией, и вновь московское лето украшает отличный Кинофестиваль на Стрелке с ОККО. Старт уже в эту пятницу, 19 июля. Последний сеанс в воскресенье, 28 июля. Каждый вечер в летнем кинотеатре на Стреке будем смотреть один, а где и несколько фильмов.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 32 comments