ratoncillo (ratoncillo) wrote in drugoe_kino,
ratoncillo
ratoncillo
drugoe_kino

Categories:



ЖИЗНЬ НЕГЛАМУРНОГО БАРДЕМА


Хавьер Бардем - актер милостью Божьей, он способен сыграть кого угодно - от детектива-полицейского и наркодилера до бодрого инвалида-баскетболиста и парализованного моряка-поэта, в Европе или Америке, по-испански или по-английски – значения не имеет. Главное, чтобы предлагаемые роли были уникальными, а предлагающие их режиссеры по-настоящему талантливыми.



Кино у Бардемов в крови: бабушка Матильде Муньос Сампедро, дедушка Рафаэль Бардем и мама Пилар – известные испанские актеры, дядя – знаменитый режиссер и убежденный коммунист Хуан Антонио Бардем, брат Карлос и сестра Моника - тоже актеры, иногда появляются на экране вместе с родственником.

Впервые Бардем появился на экране в 6 лет в мини-телесериале «Плут», потом, преодолевая природную застенчивость («вообще-то я очень стеснительный парень, даже если по мне этого и не скажешь»), он участвовал в куче телевизионных постановок, гастролировал с независимой театральной труппой, играл в регби в национальной сборной Испании («играть в регби в Испании почти тоже самое, что быть тореадором в Японии»), изучал живопись в EscueladeArtesyOfficios в Мадриде («Я никогда не считал себя талантливым художником»). Вообще, он кем только не был – от вышибалы в клубе до стриптизера и в итоге, получил в 20 лет от какого-то придурка удар по носу, от чего его вполне себе классическая переносица оказалась переломанной. Ну, и кто теперь скажет, что это не сделало его еще более неординарным и сексуально привлекательным?

Первый фильм, принесший актеру широкое признание в Испании, стала немного грустная, но очень эмоциональная и эксцентричная секс-комедия «Ветчина, ветчина» Хосе Хуана Бигаса Луны - первая большая роль и первое, самое явное амплуа Хавьера Бардема, которое можно было бы эксплуатировать и получать при этом неплохие дивиденды всю оставшуюся жизнь, не он столь требователен к своему актерскому дарованию и так разборчив в плане режиссеров и ролей.

Он сыграл Рауля, юного мачо, рабочего местного мясокомбината, рекламирующего трусы и мечтающего стать тореадором. Вместе с ним здесь поблескивают не менее юные Пенелопа Крус и Хорди Молья (с которым они будут страстно заниматься сексом и мучить друг друга во «Второй коже»). С легкой руки режиссера Бигаса Луны Хавьер просто демонстрировал свой рельефный обнаженный торс, а фраза, брошенная им Пенни Крус в дамском туалете, что «он и сам в некотором роде девочка», окажется почти пророческой для его будущей карьеры.

В 1993 фильм Бигаса Луны получил «Серебряного льва» на фестивале в Венеции. Второй заметной киноработой Бардема были «Считанные дни» Иманола Урибе - первая премия «Гойя» как лучшему актеру второго плана. 2ую «Гойю» (уже как «лучший актер») он взял в 1996 за роль Виктора Вентуры в фильме Мануэля Гомеса Перейры «Рот в Рот».

В 1998 на Берлинском кинофестивале Бардем вручили приз зрительских симпатий как лучшему европейскому актеру за блестящую роль в черной road-movie-комедии «Пердита Дуранго» Алекса Де Ла Иглесиа. Его улыбчивый бывший морской пехотинец-junkie-шаман-гангстер Ромео Долороса, в кожаном плаще и ковбойских сапогах с длинными волосами и дурацкими выбритыми височками («Гойя» за лучший грим и прически) был невероятно хорош в веселых сценах секса и насилия. Компанию ему составили неподражаемые Рози Перес, Джеймс Гэндолфини и собственный брат Карлос - оба брата во время съемок получили серьезные ожоги из-за многочисленных спецэффектов.

В этом же году он снимается у Педро Альмодовара в «Живой плоти» (экранизация романа Рут Рэнделл). У Педро он уже играл в «Высоких каблуках» и в «Свяжи меня» («ну, играл – громко сказано, мелькнул там пару раз в качестве фона Виктории Абриль»). Теперь он играет парализованного от предательской пули коллеги офицера полиции. Бардем впервые в инвалидном кресле у Альмодовара и так убедителен, что получил свою 3ю «Гойю» в номинации «лучший актер». Альмодовар говорил, что «до этого Бардему все время предлагали играть роли мачо, но он ни разу не повторился. Бардем способен кардинально изменить свое тело и внутреннее состояние в соответствии с той ролью, которую ему предстоит сыграть. Он большой мастер по созданию образов, которые весьма далеки от его собственной личности».

В «Между ног» Мануэля Гомеса Перейры они с Абриль уже были на равных. Она – нимфоманка и образцовая мать, он - подсевший на секс по телефону преуспевающий сценарист, чувственность обоих прямо хлещет через экран, оба замешаны в убийстве, вместе предаются любви прямо в машине с трупом в багажнике. Сам Бардем не раз заявлял во всеуслышание, что «Виктория Абриль – великая актриса и самая привлекательная женщина из всех, кого я встречал. Таких в Испании больше нет!».

Первую роль гея в карьере Бардем сыграл в фильме режиссера Херардо Веры «Вторая кожа» в конце 1999 года в компании с уже упомянутым Хорди Мойей и Сесилией Рот. Интимные сцены и душевные страдания выглядели в исполнении Бардема так естественно, что его стали донимать вопросом о его секс-ориентации. Бардем вежливо объяснял: «Нет, я не гей, но если все хотят это знать, значит, я хорошо сыграл свою роль».

В конце 90-х-начале 2000-х в его карьере произойдут глобальные изменения: сначала на его горизонте появится Джон Малкович, назовет «лучшим европейским актером» и предложит сняться в своем режиссерском дебюте «Танцующая наверху»: «Это была такая честь для меня, ведь я был уверен, что за пределами Испании никто обо мне понятия не имеет, Джон был первым, кто предложил мне роль на английском. Когда он рассказывал мне о фильме по-испански, я смотрел на него с ужасом и думал: «Что же этот парень, блин, делает? Он такая звезда, он мог бы предложить эту роль кому угодно». Но у Малковича возникли проблемы с финансированием, и запуск фильма отложили на пару лет.

Вслед за Малковичем, Джулиан Шнабель, известный художник (его работы висят в лучших музеях и галереях мира – от Музея современного искусства до Центра искусств Жоржа Помпиду) предложил Бардему главную роль в уже культовом фильме «Перед тем как наступит ночь». Бардему пришлось худеть на 15 кг, учиться говорить по-английски (которого он вообще не знал) с кубинским акцентом и печатать на машинке.

Вообще-то сначала Шнабель хотел снимать Бенисио Дель Торо в роли Аренаса, а Бардема в роли Ласаро Гомеса Кариллеса (ближайшего друга писателя и соавтора сценария), но когда Кариллес увидел худенького! Бардема с короткими кудрями, то вскричал: «Хавьер, ты вылитый Рейнальдо!». Так Бардем получил свой первый шанс стать звездой планетарного масштаба. И он его не упустил, хотя долго колебался: «Я лепетал что-то вроде: «Нет-нет, я не могу сниматься, я совсем не говорю по-английски». Но наутро проснулся и пришел в ужас: «Что я делаю? Это же потрясающая роль! И начал учить язык».

Английским он занимался со своей красивой подружкой-переводчицей Кристиной Палес, с которой его связывали длительные отношения, отчего большая часть уроков, по его же словам, «проходила непосредственно в постели».

Это потом фанаты будут не давать ему прохода, папарацци выслеживать, а король Хуан Карлос устраивать обед в его честь, а пока начнутся тяжелейшие съемки о страшной, но прекрасной истории жизни и смерти великого кубинского поэта-гея. И опять начнуться разговоры о том, гей он или не гей и что такие роли могут испортить карьеру. На этот раз Бардем ответит довольно резко: «Я европеец. И по мне так лучше заниматься сексом с мужчинами в кино, чем быть убийцей в реальной жизни».

Когда Бардем впервые увидел себя на экране в роли Аренаса, он был в ужасе: «Я потратил полгода жизни на эту роль и ожидал чего-то большего, чем увидеть испанского парня, который пыжится изо всех сил, чтобы быть понятым англоязычной аудиторией. На это уходила почти вся энергия».

Режиссер и коллеги по цеху считали иначе. Шнабель сказал, что «игра Хавьера - явление, которое можно увидеть, ну, может, раз в жизни», а фильм заслужил «Оскар» хотя бы потому, что другие фильмы-номинанты на его фоне просто «waist-of-timemovies». Но в накладе Бардем не остался: номинации на «Оскар» (единственный испанец-номинант на «Оскар» в категории «лучший актер») и «Золотой глобус», «Чаша Вольпи» («лучший актер») и еще масса менее масштабных наград. Дэннис Хоппер назвал его работу «лучшей ролью десятилетия», а Аль Пачино – кумир Бардема – позвонил в Мадрид (в три ночи по местному времени), чтобы сказать: «Старик, отличная работа!». Что касается золотой статуэтки, то «конечно, это большая честь, но… «представь себе, тебя номинируют на «Оскар» как лучшего актера и тебе надо участвовать во всей этой кампании. Чувствуешь себя шлюхой…или политиком, клянчащим у своих потенциальных избирателей проголосовать за него. Как будто мы (номинанты 2001 года - Рассел Кроу («Гладиатор»), Джеффри Раш («Перо Маркиза де Сада»), Том Хэнкс («Изгой»), Эд Харрис («Поллок»)) бежим стометровку…. Вот если бы мы все играли, ну, скажем, гладиаторов, тогда можно было бы выбирать лучшего из нас. Но что может быть общего между опальным кубинским поэтом-геем и древнеримским бойцом? Да ничего, чувак!».

Получив международную известность, Бардем начал относиться к популярности очень осторожно: «Вся эта шумиха вокруг - неотъемлемая часть фильма, она означает, что картину посмотрят куча народу во всем мире, но… никакой приз не сделает тебя как артиста лучше, чем ты есть. В противном случае ты становишься самодовольным циником».

Он хочет уважать себя и свою работу так же, как и в самом начале карьеры. «Я буду продолжать играть - это единственное, что я умею, и буду делать свою работу настолько хорошо, насколько хватит таланта».

Бардем стал переезжать в Лос-Анджелес и отказался от роли террориста Рейнара (которого сыграл Роберт Карлайл) в очередном фильме Бондианы «И целого мира мало», но без работы чувствовал себя паршиво.

Ему стало гораздо лучше, когда Джон Малкович наконец-то запустился с “Танцующей наверху” о терроре в Перу 80-х. И опять Бардем совершенно не похож на своего персонажа: «Я бы не смог жить в состоянии постоянного стресса и опасности, как лейтенант Рехас, я гораздо слабее…Ну, я просто актер, который пытается честно делать свою работу. Будь я слесарем, вел бы себя также». В том же году Бардем снялся в дебютном фильме документалиста Фернандо Леона де Араноа «Понедельники под солнцем» (номинация на «Оскар» («лучший зарубежный фильм»). Бардем снова проверил себя на профпригодность и предстал в образе безработного, бородатого неформального лидера Санты. «Я ввязался в этот проект из-за Фернандо. Я видел пару его документальных картин и подумал, что он выдающийся режиссер. Позвонил ему и сказал, что был бы счастлив поработать с ним. Он перезвонил и сообщил, что вообще-то у него есть одна роль, но он хочет снимать кого-то менее известного, чем я. Это было понятно, особенно после всей этой шумихи с моей номинацией на «Оскар». Я сделал все, чтобы убедить его и после пары коктейлей он согласился отдать эту роль мне».

«Для меня неважно - главная роль или второстепенная. Качество роли куда важнее ее значимости в фильм. В Испании нет кинокомпаний-мэйджоров, я просто делаю, что мне нравится и плевать на такие мелочи, как название студии, паблисити, реклама. Самые безумные сценарии и роли, в которых много личностного начала, как правило - прерогатива независимых компаний, так как там режиссеры и продюсеры меньше повернуты на бокс-офисе».

Впрочем, компании-мейджоры на него не в обиде. Например, DreamWorksSKG, где он снялся в фильме «Соучастник» Майкла Манна с Томом Крузом, Джейми Фокcсом и другими достойными людьми в камео наркобарона Феликса.

В «Море внутри» Алехандро Аменабара Бардему пришлось играть сразу два возраста и состояния Рамона Сампедро: красивого, 22-летнего атлета-моряка, любимца женщин и 55-летнего, полностью парализованного поэта и общественного деятеля, 6 лет боровшегося за добровольную эвтаназию. «Я играл парализованного полицейского в “Живой плоти”, поэтому уже был подготовлен. Я общался и наблюдал за людьми в таком положении и был поражен, насколько они сильны», - вспоминает Бардем. - Они вызывали во мне такое восхищение и заставляли меня чувствовать – несмотря на то, что я мог ходить, а они нет – что физически я куда более уязвим и слаб».

Бардем говорил, что больше всего хотел передать невероятное чувство юмора Рамона Сампедро. «Больше всего он смеялся над самим собой, а уж затем над всеми нами, юмор был его оружием. Это было что-то вроде: «Мне на фиг не нужна ваша жалость, доброжелательность и снисхождение. Мне на все это наплевать. Мне важно, чтобы вы осознали, что я полноценный человек. Мне не нужно, чтобы вы чувствовали тоже, что и я. Я просто не хочу, чтобы вашим сознанием управляла церковь, или политики, или ваши собственные страхи. Просто смотрите на меня и начните думать». Дело Сампедро стало известным по всей Испании, когда он сам ушел из жизни в 1998 году - и испанский, и европейский суд отклонили его просьбу об эвтаназии. Говоря о проблеме эвтаназии, Бардем яростно отстаивает право людей на свободу выбора: «Есть много людей, которые, как и Рамон Сампедро, желают прервать жизнь и много людей, которые, несмотря на паралич, хотят жить. И та, и другая точка зрения должна быть услышана. Эвтаназия - очень щекотливая тема, но в случае с Рамоном я не в состоянии понять, почему такие общественные институты как церковь говорили ему «нет». Разве наша жизнь не наша собственность? Она принадлежит Богу? Простите, но о чем, вашу мать, вы говорите? Бог не приходит ко мне и не будит меня по утрам. Бог ничего не делает для меня. Бог существует потому, что мы думаем о нем».

«Море внутри» принесло Бардему вторую «Чашу Вольпи», 14 премий «Гойя», «Оскар» за лучший зарубежный фильм, 25-миллионную кассу, взамен актеру пришлось ежедневно по 10 часов находиться в постели почти без движения, набрать вес, сбрить брови, многократно пересматривать видео, где Сампедро принимал цианид…

Он называет «Море внутри» шедевром. «Я сыграл в более, чем в 20 фильмах за последние 14 лет, но это первый, о котором я могу такое сказать».

Когда-то Бардем сказал, что «свои 4 главные роли он уже сыграл, осталось сыграть священника, проститутку...». В «Призраках Гойи» Милоша Формана со Стелланом Скарсгардом и Натали Портман он как раз сыграл инквизитора - брата Лоренцо, а еще снимается в главных ролях в новых фильмах братьев Коэнов (“Nocountryforoldmen”) и Майка Ньюэлла по роману Габриеля Гарсии Маркеса (“Loveinthetimeofcholera”).

В реальной жизни Бардем продолжает жить в Мадриде («Если я когда-нибудь уеду отсюда, это вряд ли будут Штаты, скорее, Италия») и терпеть не может обсуждать свою личную жизнью. Он страдает ипохондрией («из-за этого я не могу поехать в Африку, чтобы помогать людям»), продолжает рисовать, но выставляться не собирается («вряд ли это будет кому-то интересно»), каждый год по 3-4 месяца вот уже 13 лет подряд посещает курсы повышения актерского мастерства и даже участвует в работе жюри Каннского фестиваля вместе с красавицей-Музой (у Кевина Смита) - Королевой вампиров (у Роберта Родригеса) Сэлмой Хайек. Иногда, правда, случается, что он разбивает носы экс-моделям на нью-йоркских вечеринках (клуб GypsyTea, Манхэттен) по поводу премьеры фильма («Море внутри») и отказывается платить за операции. Хотя, словам адвоката Бардема Мартина Сингера, «Джил Маршалл сама тащила Бардема на танцпол, он не особо на нее реагировал, а ее якобы сломанный нос – не более чем паблисити-ход». Еще адвокат сказал, что «Хавьер Бардем блестяще танцует, а вот мисс Маршалл - хреновая танцовщица». Обычная жизнь негламурного Бардема


Subscribe

promo drugoe_kino july 15, 2019 16:23 1
Buy for 100 tokens
Начинание прошлого года не оказалось единичной акцией, и вновь московское лето украшает отличный Кинофестиваль на Стрелке с ОККО. Старт уже в эту пятницу, 19 июля. Последний сеанс в воскресенье, 28 июля. Каждый вечер в летнем кинотеатре на Стреке будем смотреть один, а где и несколько фильмов.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments